На публике: эротические рассказы о риске, запрете и адреналине
Эта категория для тех, кому нравятся эротические рассказы о риске, неожиданности и сильном внутреннем напряжении. Здесь герои испытывают себя, нарушают границы и попадают в ситуации, где запрет только усиливает эмоции.
Если вы ищете рассказы про секс на публике, риск, запретные ситуации, неожиданные места и адреналин, в этой категории собраны самые острые и напряжённые истории по теме.
О чём эти сюжеты
Герои в таких историях часто ловят момент, испытывают границы дозволенного и переживают сильный выброс эмоций. Здесь важны риск, скрытность и острота ощущений.
Почему это так цепляет
- Риск: запрет усиливает эмоциональную отдачу
- Интрига: неожиданность и опасность быть замеченными
- Темп: быстрое развитие событий
- Адреналин: сильное напряжение и острота момента
Часто задаваемые вопросы
- О чём категория «На публике»?
Это эротические рассказы о риске, напряжении, запретных местах и остром эмоциональном накале. - Почему такие истории популярны?
Из-за сильного чувства адреналина, риска и запрета. - Подходит ли эта категория любителям быстрых сюжетов?
Да, чаще всего здесь как раз высокий темп и напряжённое развитие событий.
Новые рассказы в категории «На публике»
— Как же хорошо внутри тебя… Ууух! Я и не думал, что ты окажешься такой узенькой… Мммм… Это хорошо… Быстрее кайфану, чувствуя, как стенки твоей дырочки сжимают мой член, пока я буду трахать тебя, как шлюху!
После своих слов мужчина не стал откладывать в долгий ящик то, о чем говорил. Еще несколько секунд побыв бездвижным, он начал медленно вынимать свой член из моей киски до того момента, пока внутри не осталась только лишь его головка. — Ааааах! — на этот раз куда более сдержанно и тихо простонала я, упершись ладонями в свои коленки и опустившись еще ниже. — Ммммм… Когда мужчина вновь начал входить в меня, я почувствовала сильное напряжение между ножек, которое всегда было предвестником одного единственного события – оргазма.
Я наклоняюсь и беру его в рот. Вкус солёный, мускусный. Он чистый — после студийного душа. Я двигаюсь медленно. Язык очерчивает головку, скользит по стволу. Он стонет — тихо, сдавленно. — Алина Сергеевна, — шепчет он. — Это... это... Я поднимаю глаза. — Называй меня мамой, — говорю я. — Для камеры. Он замирает. Потом понимает.
Я наклонился, обхватил её грудь одной рукой, другой — клитор, и начал тереть в такт толчкам. Мама задрожала всем телом. Оргазм накрыл её резко — она громко закричала, киска судорожно сжалась, выталкивая меня почти наружу. Я вдавил член обратно и продолжил долбить через её пик, продлевая его. Когда она начала опадать, я вытащил член, перевернул её на спину и снова вошёл. Теперь я трахал её лицом к лицу, глядя в глаза. Мама обхватила меня руками, целуя жадно, облизывая губы. — Кончи в меня… — прошептала она. — Как они… наполни меня…
Я чувствовал, как мое сердце рвется из груди из-за всего, что я слышал, но я не понимал, что я могу сделать со всем происходящим. Мне было неприятно, но любое мое действие могло поставить под вопрос всю нашу операцию. Конечно, я люблю Леру и на многое готов ради нее, но наша работа… Это задание было слишком важным, и от него зависело очень многое. Я не мог позволить своим эмоциям поставить всю операцию под угрозу.
— Черт, почему такая сочная и сексуальная девушка имеет такую узкую дырочку, в которую я даже не могу вставить свой член… О, черт, как бы я хотел оказаться внутри тебя, малышка. Как бы я хотел, чтобы ты почувствовала мой член внутри себя. Ууух! Хотя, есть ведь еще один вариант, который я могу использовать, если у меня ничего не выйдет здесь. Секунда, и я почувствовала, как что-то начинает проникать в мою попку. Прежде я никогда не ощущала ничего подобного, так как практиковала только традиционный секс, поэтому первой моей реакцией стало резкое движение вперед, мотивированное желанием избавиться от этого нового, и не сказать, чтобы приятного, ощущения.
Саня тут же схватил маму за волосы, оттягивая голову назад, и снова засунул член ей в рот. Олег встал сзади, плюнул на руку, смазал свой толстый член и без предупреждения резко вошёл в маму одним мощным толчком до самого основания. Олег начал трахать её жёстко и глубоко. Каждый толчок сопровождался громким влажным шлепком его бёдер о её попку. Он полностью выходил и резко вгонял член обратно, буквально вбивая его в неё. Мамина киска громко чавкала, обильно текла, по внутренней стороне бёдер уже стекали её соки вперемешку со слюнями.
К этому моменту я уже достала член мужчины через ширинку и начала елозить по нему своей киской. На мне все еще были трусики, которые насквозь были пропитаны моими соками. Между ножек у меня все горело, и мужчина точно чувствовал весь мой жар и влагу. У себя за спиной я иногда слышала его приглушенные стоны. И мне это нравилось. Я получала удовольствие не только лишь от члена у себя между ножек, но и от реакции мужчины на мои действия. Мне было приятно доставлять ему удовольствие.
— Пусть Татьяна Витальевна посидит у тебя на коленях одну минуту, — предложил Димон. Мама хотела возразить, но Олег уже протянул руку и мягко потянул её к себе. Она села ему на колени боком, напряжённая, как струна. Олег обнял её за талию одной рукой. Его ладонь лежала на её бедре. Мама сидела очень прямо, стараясь не прижиматься, но через тридцать секунд Олег слегка притянул её ближе. Она почувствовала, как под ней твердеет его член.
Он крепко взял маму за бёдра своими сильными руками и медленно, но уверенно вошёл в неё сзади одним длинным толчком. — Аааааааах… Боже… — протяжно выдохнула мама. Её пальцы вцепились в край стола так, что побелели костяшки. Голова запрокинулась назад, а изо рта вырвался долгий, дрожащий стон. — Вот так… наконец-то, — простонал Олег, начиная размеренно двигаться. — Твоя пизда такая горячая… и мокрая. Ты текла всю перемену в ожидании наших членов, да? Признавайся, шлюха.
Ягодицы Валерии Сергеевны довольно громко шлепали, когда пах мужчины ударялся об них. Весь кабинет был заполнен этим сладостным звуком, кроме которого слышались лишь стоны учительницы и хрип декана. Он трахал ее очень грубо, двигался очень резко, но в ответ… в ответ Валерия Сергеевна только стонала громче, прося трахнуть ее сильнее. — Ты ведь хочешь, чтобы все это происходило с тобой каждый рабочий день? Чтобы каждый день после уроков ты приходила сюда для того, чтобы получить удовольствие. Уух!
Он трахал меня грубо, без прелюдий, вбиваясь в меня так, что мои ноги дрожали, а ягодицы шлепались о его бедра с громким звуком. Моя киска была мокрой, горячей, и каждый его толчок отзывался сладкой болью, смешанной с наслаждением. Я чувствовала, как его член заполняет меня целиком, упирается в самые глубокие точки, и стонала, не сдерживаясь.
Член коснулся моих плотно сжатых губ. Своим носом я уловила аромат, исходящий от мужского органа. Этот терпкий мускусный запах. От него у меня практически сразу же закружилась голова. Я даже чуть было не раскрыла свои губы. Если бы я случайно сделала это, то орган Стаса точно бы проник в мой рот, так как он еще несколько раз предпринял попытки сделать это, каждый раз ударяясь о мои закрытые губки.
Она прошла на кухню, прямо за мамой, и эти две толстожопые сучки виляли своими попками! Когда Таня присела на стул, юбка задралась так высоко, что я увидел края черных кружевных трусиков и мягкую нижнюю часть ягодиц, плотно прижатую к сиденью. Зрелочка закинула ногу на ногу, от чего юбка поднялась еще выше, практически полностью оголив одно бедро!
Когда рот освободился, кричать уже не хотелось. Случилось самое страшное из того, что могло произойти. Маргарита почувствовала, что её влагалище наполнилось жидкостью. Сергей оказался скорострелом. Желание сопротивляться мгновенно исчезло. Какой в этом смысл? Она наверняка залетела. Это только с мужем не получалось. Теперь пусть эти скоты делают что хотят. Мужчины немедленно почувствовали изменение в поведении женщины. В её влагалище, вытесняя сперму предшественника, проник уже второй член, а дышащий водочным перегаром Лёва, перестал мучить даму поцелуями.
Варю так и распирало от любопытства. Она оттянула резинку трусиков Айгуль. Вау! Полностью лишённые волос лобок и половые губки, покрытые засохшими белыми разводами и подтёками. У Вари не было ни малейших сомнений, что впервые в своей жизни, она видит сперму. Внимательно присмотревшись, через капрон чулок разглядела такие же белые разводы и на бёдрах казашки. Зрелище оказалось для девушки ошеломляющим. Удары сердца отдавались в ушах Опомнившись, с опаской обернулась на дверь. Закрыта, конечно. Но ведь не на ключ. В любую секунду могут войти и застукать Варю за разглядыванием чужой вагины.
