Мама медленно облизывала мои пальцы, покрытые густой спермой моих одноклассников. Её язык работал тщательно, почти благоговейно — она собирала каждую каплю, проглатывала и снова возвращалась, словно боялась пропустить хоть что-то. Её глаза были полуприкрыты, щёки пылали. Я чувствовал, как её горячее дыхание обжигает кожу.

— Ммм… — тихо, почти неслышно простонала она, когда я глубже засунул пальцы ей в рот.

Это было слишком. Мой член, который только что кончил в коридоре, снова стоял колом. Я смотрел на свою мать — строгую учительницу биологии, которая ещё вчера пыталась сопротивляться, — и теперь она сидела на краю учительского стола с раздвинутыми ногами, вся в чужой сперме, и послушно сосала мои пальцы.

Я вытащил руку из её рта. Ниточка слюны и спермы потянулась за пальцами и порвалась.

— Вадик… — хрипло прошептала она. — Что мы делаем…

— То, что ты уже давно хотела, — ответил я и шагнул ближе.

Я расстегнул ширинку прямо перед ней. Мой член вырвался наружу — твёрдый, горячий, с набухшей головкой. Мама посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом. В её глазах смешались стыд, страх… и явное желание.

— Ты же мой сын… — прошептала она, но её рука уже сама потянулась вперёд.

Тонкие пальцы обхватили мой ствол. Я вздрогнул от удовольствия. Её ладонь была ещё скользкой от слюны и спермы.

— Мам… возьми его в рот, — тихо, но твёрдо сказал я.

Мама внезапно замерла, словно её ударило током. Её тонкие пальцы, которые только что крепко обхватили мой напряжённый член и уже начали медленно двигаться вверх-вниз, резко разжались. Она отдёрнула руку так быстро, будто обожглась о раскалённый металл, и отшатнулась назад, насколько это было возможно на краю учительского стола.

— Вадик… — голос у неё сорвался, стал ниже и строже. — Это… Извини, я… Я не думала. Это неправильно. Это…

Она быстро натянула свитер вниз, пытаясь прикрыть свою полную грудь, которая всё ещё тяжело вздымалась после недавнего группового траха. Юбка была задрана, чёрные колготки спущены до середины бёдер, а по внутренней стороне ног медленно стекали густые, белые капли спермы моих одноклассников. Но мама, казалось, уже не замечала этого беспорядка. Её лицо пылало — смесь стыда, злости и остаточного возбуждения.

— Я твоя мать, Вадим! — продолжила она уже более жёстко, переходя на полное имя, как делала всегда, когда сильно сердилась. — Не одна из твоих одноклассниц и не шлюха какая-то. Как ты вообще мог такое подумать?! Чтобы я… своему собственному сыну… взяла в рот?!

Она провела дрожащей рукой по губам, стирая остатки слюны и чужой спермы, и тяжело выдохнула. Глаза её блестели — то ли от слёз, то ли от переполнявших эмоций.

— Я и так уже… совсем с ума сошла. Довела себя до того, что позволяю твоим одноклассникам трахать себя прямо в школьном кабинете, как последнюю девку. А теперь ещё и ты? Стоишь тут с этим… с этим своим… и требуешь, чтобы я сосала тебе, как будто я не рожала тебя! Или ты думаешь, что я теперь, после того как все произошло, буду… Что я стала другой? Нет, я не стала другой. Я… я…

Мама говорила тихо, почти шёпотом, чтобы никто случайно не услышал за дверью, но каждое слово било как пощёчина. Она попыталась свести ноги, но колготки мешали, и это движение только сильнее размазало сперму по её бёдрам. Она поморщилась, но продолжала:

— Я тебя растила, учила, переживала за каждую твою оценку… а ты? Ты стоял за дверью и дрочил, глядя, как меня имеют трое мальчишек? И теперь решил, что можешь просто подойти и сунуть мне свой член в рот? Нет, Вадик. Нет. Это уже слишком. Это неправильно. Это… мерзко. Даже если бы ты не был моим сыном, это все равно было бы мерзко. А ты… ты еще и…

Она отвернулась к окну, обхватив себя руками, словно пыталась защититься от собственных мыслей. Плечи её слегка дрожали. Я видел, как она борется — между тем, что только что происходило с ней, и материнским инстинктом, который сейчас кричал громче всего.

— Убери это… пожалуйста, — добавила она уже тише, не глядя на меня и кивая в сторону моего всё ещё стоящего члена. — Спрячь и застегнись. Я сейчас приведу себя в порядок, и мы пойдём домой. И больше никогда… слышишь? Никогда об этом не заговорим. Я не позволю тебе использовать меня так же, как они. Я твоя мама. И я не собираюсь становиться для тебя… игрушкой. Или чем-то вроде этого. И они… они тоже больше не смогут…

Несколько секунд в кабинете стояла тяжёлая тишина. Только слышно было, как где-то далеко в коридоре звенит последний звонок на большую перемену. Мама торопливо начала натягивать колготки вверх, морщась от неприятного ощущения скользкой спермы на коже. Белые следы размазывались по её гладким бёдрам, но она упрямо продолжала, не поднимая на меня глаз.

— Я серьёзно, Вадик, — добавила она уже более спокойно, но всё ещё строго. — Если ты хоть раз попробуешь снова… я не знаю, что сделаю. Но этого не будет. Никогда. Понял?

Она наконец поправила юбку, пригладила растрёпанные волосы и глубоко вздохнула, пытаясь вернуть себе привычный строгий вид учительницы. Но я видел — в её глазах всё ещё тлел тот самый голодный огонёк, который она сейчас изо всех сил пыталась затушить.

Мама взяла свою сумку и, не дожидаясь моего ответа, направилась к двери.

— Пойдём домой. И молчи всю дорогу. Мне нужно подумать.

— Хорошо, — произнес я в ответ, уже начиная строить план того, как я заставлю свою маму заняться со мной сексом.

Вечером дома повисла тяжёлая, почти невыносимая тишина. Мы шли от школы молча всю дорогу. Мама шла чуть впереди, держа сумку обеими руками, словно щит, и ни разу не обернулась. Я видел, как она то и дело одёргивает юбку, поправляет свитер, пытаясь скрыть следы того, что произошло в кабинете. На чёрных колготках наверняка остались разводы и засохшие потёки спермы, но она делала вид, что ничего не замечает. Я шёл сзади и не мог оторвать взгляд от её бёдер, которые всё ещё слегка дрожали при ходьбе.

Как только мы зашли в квартиру, мама сразу скинула туфли и, не сказав ни слова, направилась в ванную. Дверь закрылась с громким, резким щелчком. Через минуту послышался шум воды — она включила душ на полную мощность. Я стоял в коридоре ещё несколько минут, прислушиваясь, потом тяжело вздохнул и ушёл к себе.

Компьютер включился почти мгновенно. В мессенджере уже висело новое видео от Димона. Я надел наушники, откинулся на стуле и нажал воспроизведение.

Видео было долгим и подробным. Почти двадцать минут. Они сняли всё: как мама сначала пыталась сопротивляться, как её голос дрожал, когда она наконец сдалась и сама прошептала «трахните меня», как она громко кончала, как жадно сосала троих сразу, как сперма стекала по её подбородку и груди. Камера крупным планом показывала, как её киска пульсирует и принимает в себя член за членом.

Я кончил первый раз уже на седьмой минуте — быстро, яростно, не снимая штанов. Просто оттопырил их немного, чтобы не запачкать. Второй раз — когда она стояла на коленях и по очереди брала в рот все три члена, старательно облизывая их. Третий раз случился уже медленнее, почти болезненно, когда я пересматривал момент, где она, дрожа всем телом, просила «глубже… пожалуйста…». И все это за какой-то час.

Когда вода в ванной наконец стихла, я быстро закрыл всё и сделал вид, что сижу за уроками. Мама вышла в длинном махровом халате, с мокрыми волосами, завязанными в небрежный хвост. Она даже не взглянула в мою сторону. Прошла на кухню, погремела посудой, но ничего не съела. Через пятнадцать минут тихо сказала «спокойной ночи» и ушла к себе в комнату, плотно закрыв дверь.

Я просидел до глубокой ночи, глядя в потолок. Член снова стоял, мысли крутились только вокруг одного. Около двух часов я не выдержал. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно по всей квартире. Я тихо встал, прошёл по коридору и осторожно толкнул дверь в мамину комнату.

Она была приоткрыта.

Мама не спала. Лежала на спине поверх одеяла в тонкой белой ночнушке, которая задралась почти до талии. Ноги слегка раздвинуты. Под ночнушкой — ничего. Она повернула голову и посмотрела на меня. Глаза были усталыми, красными, но в них читалась не только усталость.

— Вадик… — прошептала она хрипло. — Уходи. Сейчас же.

Я закрыл за собой дверь и подошёл ближе.

— Мам, я…

— Нет! — она резко села на кровати, запахивая ночнушку. Голос её сорвался на более высокий тон. — Ты что себе позволяешь?! Опять?! После всего, что было сегодня?!

Она включила маленький ночник. Свет упал на её лицо — щёки горели, глаза блестели от едва сдерживаемых слёз.

— Я твоя мать, Вадим! Мать! Я тебя родила, вырастила, всю жизнь тебе отдала! А ты… ты стоишь тут посреди ночи и думаешь, что можешь просто прийти и… и трахнуть меня?! Да?! Ты за этим пришел в мою комнату? Думал взять меня, пока я сплю и не могу сопротивляться?

Мама говорила всё громче, хотя и старалась сдерживаться, чтобы не разбудить соседей. Она встала с кровати по пути захватив халат, лежавший рядом, и начала запахивать его плотнее вокруг своего тела.

— Я сегодня уже и так унизилась до предела. Позволила твоим одноклассникам использовать себя, как последнюю шлюху. Кончала от них, сосала им… А теперь ты решил, что имеешь на меня такое же право?! Нет! Хватит! Я не позволю этому продолжаться!

Слова мамы и то, как она говорила их… Я прежде никогда не слышал от нее подобного. Чтобы она вот так вот говорила «кончала от них» или «сосала им»… Мне казалось, что моя мама даже и слов таких не знает, но, как оказалось…

Она ходила по комнате туда-сюда, размахивая руками. Голос дрожал от гнева и стыда.

— Ты хоть понимаешь, что это инцест?! Что это преступление?! Что если кто-то узнает — моя жизнь закончена! Карьера, репутация, всё! А ты… ты мой сын! Я должна тебя защищать, а не… не раздвигать перед тобой ноги!

— Но если мы оба хотим этого… Я ведь… Я видел, как ты…

— То, что ты видел — это не то, что ты думал. Это… Они заставили меня. Я не могла… не могла сказать нет. Иначе, было бы еще хуже. А ты, вместо того чтобы просто смотреть, лучше бы… Как ты вообще мог смотреть на то, как они… Это же так…

Она остановилась и посмотрела на меня в упор. Глаза были мокрыми.

— Я виновата. Я сама довела всё до этого. Слабость, возбуждение, страх… Но с тобой — нет. Никогда. Я не стану для тебя очередной дыркой. Не стану. Уходи к себе. Прямо сейчас.

Я стоял молча, член всё ещё стоял в трусах. Мама заметила это и отвела взгляд.

— И перестань на меня так смотреть. Я вижу, что ты хочешь. Но этого не будет. Никогда.

Она села обратно на кровать, обхватив себя руками. Голос стал тише, но всё ещё твёрдым:

— Завтра… или послезавтра… мы с тобой поговорим. По-взрослому. Я должна подумать. Всё это… слишком много. Слишком быстро. Я не знаю, что со мной происходит. Но прямо сейчас — нет. Иди спать, Вадик. Пожалуйста.

Она отвернулась к стене, давая понять, что разговор окончен. Плечи её слегка дрожали. Возможно, она плакала, но этого я не мог видеть.

Я постоял ещё несколько секунд, потом тихо вышел и закрыл дверь. В своей комнате я лёг на кровать, но уснуть так и не смог. В голове крутились её слова: «Я должна подумать…»

Это был не полный отказ.

Это было «пока нет».

И от этой мысли мне стало ещё тяжелее и одновременно — ещё слаще.

«Нужно просто подождать, — думал я про себя. — Мама не сможет сопротивляться, если я буду достаточно настойчив. А я буду настойчив. Я тоже хочу… сделать это с ней. Но, и чтобы другие с ней спали, я тоже хочу…»

Странное чувство. Я не знал, откуда оно взялось у меня. Почему я так страстно желал того, чтобы мою маму начали трахать.

Может, со мной что-то не так?

Если подумать, мама права, я должен был остановить Олега и его друзей, когда они начали приставать к ней. Я должен был вмешаться и не позволить всему случиться. Но вместо этого я просто стоял. Стоял и смотрел. И дрочил. Потому что все это дико меня возбуждало.

«Может, Володька тоже ее трахнет…»

Я подумал о своем друге. Что, если он тоже трахнет мою маму? Я ведь давно знаю, что он сохнет по ней, что она его возбуждает. Можно будет подстроить все так, чтобы он и она…

Я точно не хотел просто сводить их. Это было бы слишком просто. Ничего говорить Володьке про свою маму я не буду. Просто постараюсь создать такую ситуацию, в которой…

Я снова почувствовал, как мой член начинает наливаться кровью. Я возбудился от мысли о том, что мой лучший друг и моя мама займутся сексом.

«У тебя впереди столько всего приятного, мама…»

Такими были мои последние мысли прежде чем я уснул.

Поддержите меня на Boosty и подписывайтесь на Telegram или VK, чтобы получить доступ к эксклюзивным рассказам и быть в курсе всех новостей!

Спасибо за вашу поддержку!

Поддержать на Boosty Канал Telegram Группа VK