Рассказ от лица Лены.

Мы лежали в темноте долго. Очень долго. Никто не спешил вставать, включать свет или возвращаться к обыденным словам. Только тихое дыхание троих людей, тела которых всё ещё хранили жар и влагу недавней страсти.

Пробка внутри меня уже не казалась чем-то чужеродным. Она стала частью меня — тёплой, тяжёлой, постоянно напоминающей о том, насколько полно я отдалась этой ночи. Каждый раз, когда я чуть шевелилась, она мягко давила изнутри, посылая по телу лёгкие, сладкие отголоски удовольствия. Ошейник тоже никуда не делся. Аня не стала его снимать. Я и не просила.

Олег лежал справа, прижавшись ко мне всем телом. Его рука медленно, почти благоговейно гладила мою спину — от шеи вниз, по позвоночнику, до самой пробки. Пальцы останавливались у кожаного ошейника, слегка касались металлического кольца, словно он пытался осознать, что это действительно происходит с нами.

— Когда ты так стоишь на четвереньках… — тихо начал он, и голос его слегка дрогнул, — и смотришь на меня… я не узнаю тебя. И в то же время… это самая настоящая ты, какую я когда-либо видел.

Я повернула голову и поцеловала его в ключицу. Кожа была солоноватой от пота.

— А ты боишься этой настоящей меня? — спросила я шёпотом.

Он помолчал.

— Боюсь. Но не так, как раньше. Раньше я боялся потерять. А теперь… боюсь, что не смогу за тобой угнаться. Что однажды ты уйдёшь так далеко, что я останусь только зрителем.

Аня, лежавшая слева, тихо засмеялась грудным смехом и провела ноготками по моей груди, слегка задев колечко в соске. Я выгнулась от этой лёгкой, но острой ласки.

— Он врёт, — лениво протянула она. — Он не боится. Он уже кончает от одной мысли, что ты станешь ещё свободнее. Правда, Олег?

Он не ответил. Только крепче прижал меня к себе. Я почувствовала, как его член, ещё не до конца успокоившийся, снова начал твердеть, прижимаясь к моему бедру.

Мы не торопились. Аня встала первой — грациозно, как кошка, и пошла в ванную. Я слышала, как течёт вода. Пока её не было, Олег перевернул меня на спину и медленно, очень нежно поцеловал в губы. Его рука скользнула вниз, между моих ног, осторожно обошла пробку и начала ласкать мою всё ещё чувствительную киску.

— Ты такая мокрая… — прошептал он мне в губы. — Даже после всего.

— Потому что я всё ещё хочу, — честно ответила я. — Не физически. А… внутри. Хочу чувствовать, что это продолжается.

Он ввёл в меня два пальца, медленно двигая ими, и поцеловал меня глубже. Это было не траханье. Это было почти молитвенное исследование — словно он хотел запомнить каждую складочку, каждое сокращение моей киски после того, как меня только что любили вдвоём.

Когда вернулась Аня с тремя бокалами воды, она не стала ничего говорить. Просто села на край кровати и смотрела, как мой муж медленно, ласково доводит меня до ещё одного, уже совсем тихого и глубокого оргазма. Я кончила почти беззвучно — только длинный, дрожащий выдох и судорога в ногах.

Потом мы пили воду. Молча. Аня сняла с меня ошейник, но пробку оставила.

— Пусть побудет до утра, — сказала она, целуя меня в висок. — Чтобы ты чувствовала нас даже во сне.

Утро пришло.

Я проснулась первой. Пробка всё ещё была на месте, но уже почти привычная. Тело ныло сладкой, приятной усталостью. Я долго лежала и смотрела на спящих Олега и Аню. Муж лежал на спине, рука небрежно брошена на мою талию. Аня свернулась калачиком, прижавшись лицом к моей груди.

В этот момент я почувствовала странную, глубокую нежность к ним обоим. Не просто любовь. А благодарность. За то, что они позволяют мне быть такой. За то, что не пытаются загнать обратно в прежние рамки.

Я осторожно встала, пошла в душ. Горячая вода стекала по телу, смывая следы ночи, но не смывая ощущения. Когда я вернулась в спальню, Олег уже не спал. Он лежал и смотрел на меня.

— Доброе утро, — сказал он тихо.

— Доброе, — улыбнулась я и подошла ближе. Пробка всё ещё была внутри, и при каждом шаге я ощущала её.

Олег протянул руку и притянул меня к себе с тихой, но настойчивой силой. Я не сопротивлялась. Перекинула ногу через его бёдра и медленно опустилась сверху, чувствуя, как его уже полностью твёрдый член скользит по моей всё ещё чувствительной, влажной киске. Пробка, которую Аня оставила во мне на ночь, добавляла каждому движению особую, глубокую полноту. Я раздвинула ноги шире, взяла его рукой и медленно, очень медленно начала насаживаться.

Головка раздвинула мои складки и вошла в меня с лёгким, влажным звуком. Я выдохнула сквозь приоткрытые губы, чувствуя, как он заполняет меня сантиметр за сантиметром. Сегодня не было спешки. Только глубокое, тягучее наслаждение от того, как мои стенки обхватывают его, как пробка внутри создаёт невероятное давление, делая каждое движение острым и чертовски приятным.

Когда я приняла его до самого основания, мы оба замерли. Я сидела на нём, полностью насаженная, и смотрела ему прямо в глаза. Мои ладони лежали на его груди, чувствуя, как быстро и сильно бьётся сердце.

— Расскажи мне, что ты сейчас чувствуешь, — прошептала я, начиная медленно двигаться. Не вверх-вниз, а скорее перекатываясь бёдрами, круговыми движениями, позволяя ему ощущать себя глубоко-глубоко внутри меня.

Олег положил руки мне на бёдра, крепко, но нежно сжимая их. Его пальцы слегка дрожали.

— Чувствую… что ты моя, — хрипло ответил он, не отрывая от меня взгляда. — Твоя киска такая горячая… такая мокрая… и в то же время я знаю, что скоро её будет трахать другой. И это… сводит с ума. В хорошем смысле. В очень хорошем.

Я наклонилась ниже, так чтобы мои напряжённые соски с серебряными колечками касались его груди. Металл холодил его кожу, а при каждом движении кольца слегка тянули мои соски, посылая сладкие импульсы прямо вниз. Я поцеловала его — медленно, глубоко, наши языки лениво переплетались, пока я продолжала медленно качаться на нём.

Каждый раз, когда я опускалась до конца, головка его члена упиралась в самую глубину, а пробка внутри усиливала давление, создавая ощущение, будто меня заполняют с обеих сторон. Я не ускорялась. Просто наслаждалась этой вязкой, тягучей близостью. Мои соки обильно стекали по его стволу, смачивая основание и яички.

— А ты хочешь этого? — прошептала я ему в губы, слегка прикусив нижнюю. — Хочешь почувствовать, как моя киска станет ещё более скользкой… после того, как в неё кончит другой?

Олег застонал, его пальцы сильнее сжали мои бёдра. Он начал помогать мне двигаться, но всё так же медленно, глубоко, будто мы пытались растянуть каждую секунду.

— Да… — выдохнул он. — Хочу. Хочу войти в тебя сразу после него. Почувствовать, как его сперма смешивается с твоей влагой… как ты становишься ещё более… развратной.

Я выпрямилась, откинула волосы назад и продолжила двигаться, теперь чуть сильнее прижимаясь к нему клитором. Мои груди колыхались в такт движениям, колечки в сосках блестели в утреннем свете. Олег смотрел на меня так, словно видел богиню — смесь обожания и животного желания.

Аня проснулась чуть позже. Я почувствовала, как матрас слегка прогнулся. Она приподнялась на локте и несколько секунд просто наблюдала за нами. На её губах играла мягкая, довольная улыбка. Она не стала сразу вмешиваться. Просто подвинулась ближе, запустила пальцы в мои волосы и нежно погладила по голове, затем поцеловала меня в обнажённое плечо.

— Красиво смотритесь, — тихо промурлыкала она, проводя кончиками пальцев по моей спине вниз, до самой пробки. Легкое нажатие на кристалл заставило меня громче застонать и сильнее прижаться к Олегу.

Она наклонилась и поцеловала меня в губы — сначала нежно, потом глубже, пока я продолжала медленно скакать на члене мужа. Олег смотрел на нас снизу, его дыхание становилось всё тяжелее. Аня отстранилась и поцеловала его, а потом снова меня, словно связывая нас всех троих в одно целое.

Мы не ускорялись. Утро оставалось ленивым, чувственным, почти медитативным. Я кончила первой — тихо, глубоко, всей грудью прижавшись к Олегу, пока моя киска ритмично сжималась вокруг него. Он последовал за мной через несколько минут, заполняя меня долгим, горячим извержением. Мы замерли, соединённые, тяжело дыша и целуясь.

Аня просто лежала рядом, гладя нас обоих, не требуя ничего для себя. Пока.

Это утро было тихим. Никаких новых мужчин. Никаких грандиозных планов. Только мы трое, потом кофе на кухне, лёгкие прикосновения и разговоры, в которых уже не было ни капли стыда.

Но в воздухе уже ощутимо витало предчувствие следующего шага.

— Вы такие красивые вместе, — тихо сказала она. В её голосе не было ревности. Только тёплое, почти материнское удовлетворение. — Особенно сейчас. Когда ты наконец перестала прятаться.

Олег провёл ладонью по моим волосам, затем ниже — по шее, где ещё недавно был ошейник. След от него, наверное, остался лёгкой красноватой полоской.

— Я думал, что буду ревновать сильнее, — признался он вдруг, глядя в потолок. — А вместо этого… сижу и понимаю, что никогда не хотел тебя так сильно, как сейчас.

Я приподнялась, чтобы посмотреть ему в глаза. Мои бёдра слегка качнулись, и он тихо застонал, всё ещё оставаясь внутри меня.

Мы наконец разъединились. Я легла между ними, и какое-то время мы просто лежали втроём, переплетя ноги и руки. Тишина была уютной, почти священной. Никто не спешил заполнять её словами.

Потом мы всё-таки встали. Аня первой пошла в душ, а мы с Олегом отправились на кухню. Я надела только его белую рубашку — длинную, но не застёгнутую. Пробку я так и не вынула. При каждом шаге она напоминала о себе приятной тяжестью, а прохладный воздух касался мокрой киски, заставляя меня слегка улыбаться.

Олег варил кофе. Я села на стул, закинув ногу на ногу, и смотрела, как он двигается. Его спина, плечи, напряжённые мышцы рук. В нём тоже что-то изменилось. Он стал увереннее. Смелее в своих желаниях.

Когда Аня вышла из душа, завернутая в полотенце, мы втроём сели за стол. Кофе, свежие круассаны, за которыми Олег сбегал, пока я принимала душ. Солнечный свет падал сквозь окно, освещая наши лица.

Разговор тек медленно, без напряжения.

— Я вчера ночью думала… — начала я, обхватив тёплую кружку ладонями. — О том, что мы обсуждали. О том, чтобы позволить кому-то кончить в меня без защиты.

Олег замер с кружкой у губ. Аня только приподняла бровь, но в глазах мелькнул интерес.

— И что ты чувствуешь по этому поводу? — спросил он тихо.

Я посмотрела на него прямо.

— Я хочу этого. Не просто хочу попробовать. Я хочу почувствовать, как это — быть полностью отданной. Без барьеров. Чтобы ты потом вошёл в меня… и почувствовал всё. Его и меня. Вместе.

Повисла пауза. Олег поставил кружку и провёл рукой по лицу. Я видела, как в нём борются эмоции — возбуждение, страх, желание.

— Это… серьёзный шаг, — сказал он наконец.

— Я знаю. Поэтому и говорю сейчас. Не в постели, а здесь. Чтобы ты мог подумать. Чтобы мы могли подумать вместе.

Аня улыбнулась уголком губ и протянула руку, погладив меня по запястью.

— Ты уже не та девочка, которая краснела от одного слова «член», Ленка. Ты выросла. И это чертовски красиво.

Мы не стали развивать тему дальше в то утро. Просто пили кофе, иногда касаясь друг друга — невинно и в то же время очень чувственно. Олег гладил моё бедро под столом. Аня иногда наклонялась и целовала меня в шею. Всё было легко. Естественно.

Но зерно было посеяно.

Днём Аня уехала по своим делам, оставив нас вдвоём. Мы провели этот день странно — почти как раньше, но совсем по-другому. Ходили в магазин, готовили ужин, смотрели фильм. И в каждом жесте, в каждом взгляде теперь присутствовало новое измерение. Я ловила себя на том, что специально наклоняюсь, чтобы он видел, как рубашка открывает мою грудь. Он ловил себя на том, что смотрит на меня дольше, чем раньше.

Вечером, когда мы легли спать, он притянул меня к себе и долго просто держал в объятиях.

— Я думаю об этом, — прошептал он в мои волосы. — О том, чтобы кто-то другой кончил в тебя.

— И что чувствуешь? — спросила я, прижимаясь сильнее.

— Возбуждение. Страх. И… странное счастье. Потому что ты доверяешь мне настолько, что говоришь об этом вслух.

Я поцеловала его в грудь.

— Мы не будем торопиться. Но я хочу, чтобы это случилось. Когда мы оба будем готовы.

Он кивнул. Его рука спустилась ниже и легла на мою попу, слегка надавив на пробку, которая всё ещё оставалась внутри.

— Оставь её ещё на ночь, — тихо попросил он.

Я улыбнулась в темноте.

— Хорошо.

И мы уснули — ближе, чем когда-либо. Тело к телу. Душа к душе. С новым, опасным и сладким будущим, которое уже стучалось в нашу дверь.

Поддержите меня на Boosty и подписывайтесь на Telegram или VK, чтобы получить доступ к эксклюзивным рассказам и быть в курсе всех новостей!

Спасибо за вашу поддержку!

Поддержать на Boosty Канал Telegram Группа VK