Он ушел. После него осталось странное волнительное чувство, которое витало в воздухе нашей маленькой студии. Запах его парфюма смешался с запахом свежесваренного кофе, и этот коктейль казался мне теперь чужим, неправильным. Я закрыл за ним дверь, повернулся и взглянул на Юлю. Она стояла посреди комнаты, обхватив себя руками, и смотрела в одну точку. Я не знал, как начать с ней говорить. Слова застревали в горле, превращаясь в комок, который невозможно проглотить.

Она тоже была в раздумьях. Ее лицо было бледным, глаза опущены вниз, губы слегка приоткрыты, будто она хотела что-то сказать, но не могла подобрать слов. Так прошел час молчания. Я сидел за ноутбуком и бессмысленно смотрел на экран, где была открыта страница с нашим банковским счетом. Юля лежала на диване, прикрыв глаза рукой, и я не знал, спит она или просто думает. Каждый из нас занимался своими делами, но оба мы были здесь, в этой комнате, в этой тишине, которая давила на уши.

Я не выдержал. Я закрыл ноутбук, повернулся к ней и прервал молчание.

— Думаешь, мы правильно поступаем, Юль? — мой голос прозвучал хрипло, будто я долго не пил воду.

Юля медленно убрала руку с лица и посмотрела на меня. Ее зеленые глаза были спокойными, но в них читалась какая-то новая глубина, которую я раньше не замечал. Она села, поправила волосы и вздохнула.

— Я не знаю, — сказала она тихо. — Но столько денег мы не зарабатывали даже дома.

Я был удивлен. Это говорила она, моя Юля, моя верная жена. Та, которая когда-то краснела, когда я говорил ей комплименты при посторонних. Та, которая стеснялась даже обсуждать наши интимные отношения вслух. Я смотрел на нее и не узнавал. Да, мы были молодыми, немного развязанными в своих шутках, но всегда соблюдали границы приличия. Даже здесь, в онлайн-трансляциях, мы не показывали ничего сверх неправильного. Наоборот, нам казалось, что мы делаем хорошее дело. Мы создавали контент для молодежи, показывали пример красивого женского тела, пример сексуальных отношений, где нет места насилию и грубости. Но в этом образцовом контенте я был не образцом мужчины. Я был тем, кого зрители называли «мелкочленом» и «зубочисткой».

— Знаешь, Юль, давай попробуем завтра, — сказал я, чувствуя, как каждое слово дается мне с трудом. — Если ты почувствуешь отвращение, или что-то пойдет не так, мы остановим все это. Хорошо?

— Хорошо, любимый, — она улыбнулась, и в этой улыбке я увидел облегчение. — Покажи наш счет. Сколько там скопилось денег?

Я открыл приложение банка на телефоне и протянул ей. На экране красовалась круглая сумма. Столько я зарабатывал примерно за год дома, работая по восемь часов в сутки, переживая за каждый проект, борясь с конкурентами и недобросовестными клиентами.

— Ого, — выдохнула она. — Скинешь мне немного? Может, посидим в кафе с друзьями на мой день рождения?

— Конечно, любимая, — ответил я, чувствуя, как внутри поднимается тепло. — Эти деньги больше твоя заслуга.

— Кирилл, — она посмотрела на меня с благодарностью, — если бы не твоя голова, я бы и не знала о существовании такого заработка.

Мне было приятно это слышать. И в тот же момент противно. Потому что это в очередной раз подтверждало, что во всем, что происходит, есть только моя ответственность. Я привел ее сюда. Я предложил этот проект.

Вечером мы снова запустили трансляцию. Я хотел увидеть, как изменилась наша аудитория, как реагируют зрители, стоит ли продолжать в том же духе или нужно что-то менять. Юля надела свою маску и бейсболку, включилась музыка, и она начала танцевать. Медленно, плавно, как всегда. Она снимала с себя одежду, кусочек за кусочком, показывая свое тело в самом выгодном свете. Я стоял за кадром, смотрел в ноутбук и читал комментарии.

На удивление, зрителей было больше, чем обычно. Они писали: «Какая гибкая», «Покажи грудь», «Повернись». Я видел, как Юля выполняла их просьбы, как она двигалась в такт музыке, как ее тело становилось все более открытым. Она осталась голой и начала демонстрировать себя на камеру, поворачиваясь, наклоняясь, показывая каждую линию своего тела.

Встречались и старые зрители. Они писали: «Хорошо, что нет этого мелкочлена», «Наконец-то нормальный эфир». Они говорили обо мне. И это было подтверждением. Подтверждением того, что мы все делаем правильно. Что мое решение искать другого партнера было верным. Что аудитория устала от меня и хочет видеть только ее. Я смотрел на эти комментарии и чувствовал, как внутри меня смешиваются горечь и облегчение. Горечь от того, что меня отвергли. Облегчение от того, что у нас есть шанс.

Когда Юля уже устала кривляться у камеры, она остановилась и посмотрела на меня. Микрофоны у нас не работали, и на фоне играла легкая релаксирующая музыка. Я видел ее вопрос в глазах: что дальше?

Я подошел к ноутбуку и прочитал последние комментарии. Многие просили: «Удовлетвори себя», «Покажи, как ты кончаешь», «Мы хотим видеть твой оргазм». Я взглянул на Юлю и сказал:

— Многие просят, чтобы ты удовлетворила себя. Попробуй. Не спеша сядь на диван и поласкай себя.

Юля растерянно посмотрела на меня. Я видел, как она колеблется. Она никогда не делала этого на камеру. Мы обсуждали это раньше, но всегда откладывали. Она стеснялась. Но сейчас, после всего, что мы обсуждали, после его визита, после того, как мы решили попробовать что-то новое, она, видимо, почувствовала себя готовой.

— Хорошо, — сказала она и села на диван.

Я навел камеру так, чтобы видеть ее крупным планом. Она села, согнула ноги в коленях и приподняла их на диван. Вид был шикарным. Она сидела раздвинув ноги, и я видел все. Ее красивую молодую вагину, слегка раскрытую, показывающую чуть распухшие половые губы и отблеск на влажной коже. Пальчики с красивым маникюром нежно начали ласкать зону клитора, растирая влагу по половым губам. Это было невероятно красиво. Естественно.

Я смотрел на экран монитора и видел, как это приводит в восторг зрителей. Чат заполнялся сообщениями: «Да, вот это да», «Огонь», «Какая красота», «Продолжай». И удивительно, но аудитория только росла. Мы никогда еще не собирали такое количество людей. Цифры на счетчике зрителей росли с каждой секундой, как будто все они ждали этого момента. Комментарии высказывали одобрение происходящему, и еще писали: «Было бы неплохо в такую красивую дырочку всадить что-нибудь покрупнее».

От этих комментариев я возбудился. Мой член стоял колом, и я чувствовал, как внутри меня поднимается странное тепло. Я смотрел на Юлю, на ее пальцы, которые двигались все быстрее, и понимал, что это не просто шоу.

Юля уже вошла во вкус. Стеснение, которое было в начале, полностью исчезло, сменившись возбуждением. Она закрыла глаза и ускорила движения. Я смотрел на нее и видел, как ей хорошо сейчас, как она близка к разрядке, как ей хочется скорее кончить. Ее дыхание стало прерывистым, грудь поднималась и опускалась быстрее, на коже выступил легкий пот.

Но что-то ей мешало. Простые ласки не давали результата. Она пыталась, но оргазм не приходил. Она посмотрела на меня сквозь прикрытые глаза, обдумывая свое следующее решение. И ее вторая рука направилась на помощь. Пальчики ловко проникли внутрь. Одной рукой она трахала себя, добавляя количество пальцев и растягивая себя изнутри, а другой ласкала клитор.

Я смотрел и не мог поверить. Она растягивала себя так, как я бы никогда не смог. Ее пальцы, влажные от смазки, беспрепятственно проникали в нее. Глубже, сильнее, быстрее. Это было удивительно. Для меня все происходящее было открытием. Я не думал, что в нее может столько залезть, и что ей это приносит удовольствие. Все наши несколько лет брака я думал, что знаю ее тело. Я ошибался.

Оргазм накрыл ее с головой. Я видел, как она засунула свои пальцы очень глубоко в себя, как вторая рука быстро двигалась в зоне клитора, как мышцы ее натренированного тела напряглись, и она издала стон удовольствия. Этот стон был громким, искренним, настоящим. Он разнесся по нашей маленькой студии и, наверное, его слышали соседи.

Когда все закончилось, она вытащила пальцы из вагины. Я видел, как там еще было просторно. Стенки медленно возвращались в исходное положение, слегка сжимаясь в остаточных спазмах. Она тяжело дышала, ее грудь поднималась и опускалась, а по телу пробегала легкая дрожь.

Я выключил эфир и почувствовал, как мокро в моих трусах. Мой член все это время стоял в возбужденном состоянии, выпуская из себя много смазки. Я подошел к ней, чувствуя, как дрожат мои ноги.

Мы смотрели друг на друга, понимая, что это было потрясающее зрелище. Она никогда не была такой на камере. Я никогда не видел ее такой. И это было удивительно, что я, ее муж, узнал что-то новое о ее теле только благодаря сотням незнакомцев в интернете.

Я прервал молчание вопросом:

— Как ты?

— Хорошо, — ответила она, еще не отдышавшись. — Что пишут? Им понравилось?

— Они в восторге. У нас рекорд по зрителям. Мы хорошо растем.

Юля улыбнулась и легла на диван, расслабившись. Ее тело все еще слегка подрагивало, но на лице было спокойствие. Я подошел к ней и сел рядом. Она положила голову мне на колени. Я гладил ее волосы. Они были влажными от пота, но мягкими и шелковистыми. Я смотрел на нее и думал о том, как сильно я ее люблю. И как сильно я ее предаю.

— Может, оставим все как есть? — предложил я. — У тебя неплохо получается самой.

— Можем, — ответила она. — Сам решай. Ты же рекламщик. А на что мы копим, Кирилл?

Я задумался. Я действительно не думал о цели. Просто хотел заработать деньги, выбраться из ямы, в которой мы оказались. Но цели не было.

— Ну, я думал накопить сумму для покупки своего дома, — сказал я. — И может, получится как-то договориться о гражданстве.

— Да, было бы классно, — она улыбнулась. — Значит, мы копим на свой дом?

— Ага.

— А много еще нужно?

— Ну да. Но главное начать.

— Я люблю тебя, Кирилл, — сказала она тихо. — У нас все получится.

— И я тебя, Юль. Я уверен в этом.

Я поцеловал ее в лоб и почувствовал, как внутри меня разливается тепло. Но где-то глубоко в сознании я знал, что это ложь. Мы не уверены. Мы не знаем, что нас ждет. И я не знаю, что буду чувствовать, когда увижу их вместе.

Завтра наступило быстрее, чем я ожидал. Я проснулся рано, когда за окном было еще темно. Юля спала рядом, ее дыхание было ровным и спокойным. Я смотрел на нее, на ее лицо, которое даже во сне казалось красивым, и думал о том, что скоро я увижу ее с другим мужчиной. И это я сам привел его в наш дом.

Я встал, прошел на кухню и налил себе чай. Руки дрожали. Я не мог успокоиться. Внутри меня боролись две личности. Я как муж — ревнивый, собственнический, который хотел, чтобы Юля принадлежала только мне. И я как рекламщик — расчетливый, холодный, который видел только цифры и перспективы. Я знал, что с появлением Марко мы резко увеличим аудиторию. Я знал, что будем зарабатывать состояние. Я знал, что это наш шанс вырваться из нищеты и построить новую жизнь. Но муж внутри говорил, что это неправильно. Что это опасно для семьи. Что это разрушит нас.

Но в сложившейся ситуации деньги имели большее значение. И муж внутри меня притих после аргументов рекламщика. Он замолчал, но не исчез. Он ждал.

Юля проснулась позже. Я слышал, как она встала, как прошла в ванную. Я слышал шум воды, ее шаги по коридору. Она была молчаливой, и я чувствовал, что она тоже напряжена. При этом чувствовалось и другое. Легкое возбуждение, сексуальное напряжение, которое витало в воздухе. Может быть, я сам это придумывал. Может быть, мне просто казалось. Но воздух в нашей квартире казался электрическим, как перед грозой.

Мы завтракали молча. Я смотрел на нее, на то, как она откусывает бутерброд, как пьет кофе, как поправляет волосы. Она была прекрасна. И она принадлежала мне. Пока еще.

Когда раздался звонок в дверь, я вскочил с места. Всё. Вот и он пришел. Я открыл дверь и увидел Марко. Он стоял на пороге, одетый в простую футболку и джинсы. Его лицо было спокойным, на губах играла легкая улыбка. Он выглядел обычным молодым парнем, который пришел на подработку. Не было в нем хитрости или лукавства. Он хотел заработать деньги и прикладывал для этого все усилия. Для него это были не легкие деньги. Он должен был продать свое тело, хотя бы на время, но все же.

— Проходи, — сказал я, отступая в сторону.

Он вошел, поздоровался с Юлей, которая сидела на диване. Она улыбнулась ему, но в ее улыбке было напряжение. Мы сели втроем. Марко с Юлей на диван, я рядом на стул, который поставил специально для этого случая. Мне пришлось говорить на английском, чтобы меня все поняли. Мой акцент был ужасным, но я старался говорить четко.

— Сейчас нам нужно снять ролик, — начал я. — Чтобы посмотреть, как вы смотритесь вместе. Я потом запущу рекламную кампанию с этими фотографиями и посмотрю, как реагирует аудитория. По результатам будем делать выводы. Марко, мы не показываем лиц, поэтому тебе нужно будет надеть этот чулок. Он скроет твое лицо, но при этом ты сможешь спокойно дышать и видеть.

Я протянул ему черный чулок. Марко взял его, посмотрел, потом натянул на голову. Мы засмеялись. Он поднял руки и громко крикнул на Юлю, испугав ее. Она взвизгнула, но потом тоже засмеялась. Хорошо, что он был с чувством юмора. Общаться с ним было легче, и напряжение между нами рассеивалось.

Юля тоже надела свою маску и бейсболку. Выглядели они, конечно, необычно. Два человека в масках, стоящие в маленькой студии. Она тоже начала запугивать Марко, и их игра стала для меня сигналом, что контакт налажен. Это было хорошо. Это значило, что работа будет продуктивной.

— Так, ребята, — сказал я. — Давайте оговорим последовательность действий. В начале вы стоите в нижнем белье, потом обнимаетесь, ласкаете друг друга минуты две. Потом Марко начинает раздевать Юлю. Юля танцует, и Марко снимает с себя трусы. Потом вы снова сближаетесь…

— Так много всего, — перебил меня Марко. — Я не запомню, Кирилл. Давай начнем, и ты руководи нами. Ну или там как пойдет.

Я посмотрел на него. По нему было видно, что ему сложно все запомнить. Он был не из тех, кто любит инструкции. Он был из тех, кто действует по ситуации.

— Хорошо, — согласился я. — Давай так. Готовы?

Я встал за камеру. Юля посмотрела на меня. Наши глаза встретились. Она как будто хотела уточнить, точно ли я согласен. Я кивнул ей, говоря, что все в порядке. Она перевела взгляд на Марко, и я увидел, как она делает глубокий вдох.

Она подошла к нему. Обняла его. И начала легко пританцовывать, мягко двигаясь под заранее выбранный спокойный трек. Марко в чулке выглядел немного необычно, но его движения были уверенными. Он руками ласкал Юлю. Его темные пальцы проходились по ее ягодицам, сжимали их. Одна рука дотронулась до груди.

Впервые при мне кто-то дотрагивался до нее. Я смотрел на его крепкие руки, которые трогали мою жену. Я смотрел на то, как она тоже ласкает его в ответ. Как ее белые пальцы касаются его кубиков пресса, его груди, его плеч. Как она слегка задевает его солидный член, спрятанный в плавках. Все это длилось несколько минут. Я смотрел в экран ноутбука и не мог оторвать взгляд.

Я дал команду к раздеванию. Марко начал медленно расстегивать бюстгальтер Юли. Красивые груди освободились от заточения и упали в его ладони. Он сжимал их, слегка массировал пальцами соски. Я заметил, как Юля все чаще водит рукой в районе паха Марко. Воздух в нашей квартире был сексуально наэлектризован. Я смотрел на них со стоящим членом, который уже успел выпустить смазку.

Когда упали Юлины трусики, наш новый знакомый остановил свой взор на вагине моей жены. Он что-то сказал ей на ушко. Они слегка улыбнулись. Возможно, это был комплимент. Возможно, он сказал что-то неприличное. Я не знал. И не хотел знать.

Юля продолжила танец, но теперь больше позировала перед камерой. Марко снимал трусы на заднем плане. Когда я увидел его член в возбужденном состоянии, у меня перехватило дыхание. Это было орудие, которым при желании можно было прибить. Он был толстым, с толстыми венами по поверхности. Длина, наверное, сантиметров 25 или 30. Головка была чуть больше ствола, притупленная и задранная вверх. Юбка залупы была ярко выражена и сильно выпирала. Отверстие в члене было крупным, не как у меня. Яйца свисали большим мешочком, покрытые черными кучерявыми волосами.

Он подошел к Юле вплотную. Она все еще танцевала и смотрела на меня. Черные руки обняли ее и сжали белые груди. Я увидел, как между ее ног сзади свисает его член. Он касался ее бедер, ее ягодиц, и я видел, как она реагирует на это.

Юля обернулась и опустила взгляд на это достоинство нашего знакомого. Увиденное поразило ее так же, как и меня. Ее глаза расширились, рот приоткрылся. Она смотрела на его член и не могла оторвать взгляд.

Я видел, как Марко улыбается. Его белые ровные зубы были видны из-под чулка. Он был доволен произведенным эффектом.

Они продолжали медленно двигаться. Его руки продолжали ласкать Юлю. Я видел ее спину, ее выпуклую попу, его руки, которые гладили ее и начинали чуть проникать глубже между ягодиц. Он начинал ласкать ее там. Я видел, как он раздвигает ее половые губы и черный палец медленно проникает туда, куда раньше доступ был только у меня.

А Юля в это время рукой гладит его член. Мне не видно, и камере тоже. Я даю команду повернуться на камеру. Они медленно делают это. Я увеличиваю зум на его член. Я вижу, как руки Юли не могут сжаться на нем. Он очень крупный. Она не привыкла к таким размерам, но все равно старается что-то сделать. Ее пальцы обхватывают ствол, но не смыкаются. Она водит по нему, пытаясь доставить ему удовольствие.

И тут происходит то, что я не планировал. Марко кладет руку на плечи моей жены и чуть надавливает на них. Он кивает ей, показывая, чтобы она опустилась на колени. Юля поворачивается ко мне. В ее взгляде вопрос. Я молчу. Меня просто парализовало. Я не могу сказать ни слова. Я смотрю на нее и не знаю, что делать. Остановить это? Но мы так далеко зашли. Мы уже согласились. Мы уже решили.

Она не дожидается от меня реакции. Она опускается на колени перед ним. Его член застыл на уровне ее лица. Камера снимает этот момент. Я вижу все крупным планом. Она двумя руками обхватывает его член и водит по нему. Я вижу ее взгляд. Она сильно возбуждена. Иногда она посматривает вверх на Марко, старательно доставляя ему удовольствие. Я вижу все крупно и уже не смотрю на них, а смотрю в экран ноутбука. Я вижу, как он положил руку ей на голову. Кажется, он просто гладит ее. Но в этот же момент он чуть направляет ее. Его таз чуть движется вперед, и головка его члена оказывается в опасной близости от губ Юли. Я смотрю на нее в монитор. Она снова посмотрела на меня. Ее глаза закрываются. Я вижу все как в замедленной съемке. Ее губы слегка приоткрываются.

Я смотрю, как головка его члена касается ее губ. Сначала нежно, как будто пробуя. Юля вздрагивает, но не отстраняется. Ее руки все еще держат его ствол. Она смотрит на меня, и я не могу прочитать ее взгляд. Что она хочет сказать? Останови меня? Или продолжай? Я не знаю. И я молчу.

— Стойте. Стоп. Остановитесь!

Я смог заставить себя сказать это. Мой рот не слушался, он сопротивлялся и не хотел открываться. Так бывает, когда тебе снится страшный сон и ты кричишь во сне, но в реальности это только легкое мычание. Так и я. Чувствовал, что надо остановить, но его черный член уже коснулся губ моей жены. И самое страшное, что она была не против. Она сама хотела открыть губы шире, чтобы он проник внутрь. Ее тело уже подчинилось ему, ее рот уже приоткрылся, ее язык уже хотел коснуться его плоти.

Но мой крик вернул их в реальность. Юля резко отдернулась от него. Она изменилась в лице, осознавая, что произошло. И почему я так кричу. Ее глаза были широко раскрыты, в них читался страх, растерянность, стыд. Она смотрела на меня, на Марко. Я видел, как она сглотнула, как ее руки дрожали, когда она поднималась с колен.

— Я думал, вы хотите снять полностью все, — сказал Марко. Его голос был спокойным, но я слышал в нем легкое недоумение. Он не понимал, почему я остановил его, ведь мы сами привели его сюда, сами заплатили ему, сами показали, что хотим этого.

— Извини, что так вышло, бро.

Он говорил это мне. Извини, что я поводил своим толстым черным членом по губам твоей жены, бро. Так это звучало в моей голове. Каждое слово отдавалось эхом, превращаясь в насмешку. Я смотрел на его лицо, скрытое чулком, и не мог понять, издевается он или действительно сожалеет.

Юля быстро собралась и убежала в ванную. Я слышал, как захлопнулась дверь, как зашумела вода. Марко оделся, застегнул джинсы, натянул футболку. Он был спокоен, как будто ничего не произошло. Он взял деньги, которые я положил на стол, пересчитал их и убрал в карман.

— Я на связи, бро, — сказал он на прощание и вышел за дверь.

Я остался один. Передо мной ноутбук и последний кадр. Взгляд Юли на Марко. Она смотрит на него так, будто он единственный мужчина на земле. Взгляд подчиненного человека, который готов сделать все, что он скажет. И его толстый член, головка которого уже провалилась в рот моей жены. Ее пухлые губы растянулись, пытаясь обхватить его толщину. Я видел, как она старалась раскрыться шире, как ее язык двигался навстречу его плоти. Я видел влагу на ее губах, блеск слюны, которая уже начала стекать по его стволу.

Я осознал, что я возбужден. Я дико возбужден. Было в этом темнокожем парне что-то дикое, что-то природное, что-то первобытное. В моей Юле включалось древнее женское чувство, и она не смогла устоять перед таким самцом. Я понимал, что мой член в сравнении с его был мелок и ничтожен. Но разве это важно в человеке? Разве размер определяет ценность? Взгляд моей жены, который замер на ноутбуке, говорил да.

Я смотрел на экран и не мог оторвать взгляд. Ее глаза, полуприкрытые, с расширенными зрачками. Ее рот, уже готовый принять его. Его рука на ее голове, направляющая ее. И в этом кадре не было пошлости. Было что-то другое. Что-то, что я не мог объяснить словами.

Послышалось, как открылась дверь ванной. Она подошла тихо, я даже не услышал ее шагов. Она обняла меня сзади, положила голову мне на плечо. Ее руки обвились вокруг моей груди, и я чувствовал, как она дрожит.

— Кирилл, ты не обижаешься? — спросила она шепотом. — Он сам направил его. Я думала, что мы просто будем имитировать минет. А он… И ты молчал. Я ждала, что ты что-нибудь скажешь…

Она пыталась оправдаться. Я слышал страх в ее голосе, слышал, как она боится, что я злюсь на нее. Она не хотела, чтобы я думал о ней плохо. Она хотела, чтобы я знал, что она не планировала этого. Но когда она перевела взгляд на экран и увидела себя, она замолчала. Ее взгляд на Марко с членом во рту говорил громче всяких слов. Она смотрела на свое лицо, на свои глаза, на свой рот, и я видел, как она понимает. Она понимает, что хотела этого. Что в тот момент она хотела, чтобы он вошел в нее. И это знание пугало ее.

Я сидел и понимал, что сам вел к этому. Сам привел его в дом. Сам предложил. Сам дал денег. Какого черта я сейчас сижу и виню во всем Юлю? Это был мой план. Это была моя идея. И если это так возбудило меня, что будет со зрителем? Во мне выключился муж и включился маркетолог. Холодный, расчетливый, который видит только цифры и перспективы.

— Юль, все нормально, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Я просто немного испугался. Испугался, что ты поменяешь отношение ко мне и Марко тебе понравится больше.

Она подняла голову, посмотрела мне в глаза. В ее взгляде была нежность.

— Глупенький, — сказала она. — Я же тебя люблю. Марко симпатичный и член у него большой. Но это же не главное. Мы с тобой муж и жена, а он просто помогает нам зарабатывать.

Как мудра была моя Юля в тот момент. Она спокойно разложила по полочкам все, что происходило на данный момент. Она отделила эмоции от бизнеса. Она посмотрела на ситуацию глазами человека, который знает, что важно, а что нет. И мне стало спокойнее. Я все-таки осмелился утвердиться в понимании, что я прав и двигаюсь в правильном направлении. Я перестал думать о Марке как о человеке. Он был лишь инструментом, и член его был инструментом. Он был как арендованная машина. Мы платим, чтобы ехать. Все верно.

— Посмотрим, что получилось? — предложил я.

— Давай, — ответила Юля.

Она обняла меня, и мы легли на диван. Ноутбук стоял рядом, и я видел отражение света на потолке. Юля прижалась ко мне, ее голова лежала у меня на груди. В этот момент она случайно почувствовала мой стоячий член. Я не мог его контролировать. Все это время, пока мы говорили, он стоял колом, и я знал, что она чувствует его через ткань моих брюк.

Она подняла на меня взгляд. В нем читалось удивление.

— Ты возбудился, когда смотрел? — спросила она.

— Да еще как, — признался я. — Ты была потрясающая.

— Нет, — она покачала головой. — Ты не из-за этого возбудился, Кирилл.

Она начала играючи снимать с меня штаны. Я пытался отшутиться, сказать что-то смешное, чтобы разрядить обстановку. Но когда мой член оказался в ее рту, я был обезоружен. Ее губы обхватили меня, ее язык двигался вдоль ствола. Она делала это медленно, с наслаждением, как будто хотела что-то мне доказать.

— Скажи, — прошептала она, отрываясь на мгновение. — Тебе понравилось, как я целовала член Марко?

— Да… — выдавил я. — Это было необычное чувство…

Она удовлетворенно улыбнулась и начала делать минет, помогая руками. Ее движения были плавными, уверенными. Она знала, что делает. Она хотела доставить мне удовольствие, и я чувствовал, как внутри меня нарастает напряжение. Я быстро кончил. Ее рот был заполнен спермой, и она быстренько убежала в ванную выплевывать.

Я лежал на диване, тяжело дыша, и смотрел в потолок. Что только что произошло? Почему я чувствую себя так странно? Почему внутри меня такая пустота? Я закрыл глаза и попытался успокоиться.

Юля вернулась, вытерла губы и села рядом со мной.

— Ну что, — сказала она. — Продолжим смотреть?

Мы снова открыли ноутбук и начали просматривать запись. Я смотрел на нее со стороны, и мне казалось, что я вижу чужую жизнь. Эти двое на экране. Это были актеры, которые играли роли. И играли хорошо. Юля двигалась так красиво, так естественно. Она смотрела на Марко с таким желанием, что я не мог отвести взгляд.

Нам все понравилось. Я начал нарезать картинки для промо. Выбирал самые яркие моменты, самые интригующие ракурсы. Я работал как одержимый, понимая, что у нас есть шанс прорваться в топ. К позднему вечеру я уже запустил несколько рекламных кампаний и сделал несколько публикаций в тематических группах. Почти сразу пошли лайки и другие реакции. Люди писали, что очень ждут этого эфира. Черный член Марко и стройное белое тело Юли стало лучшим, что видели зрители. Их фантазии были отвратительными, но я читал их с интересом. Это была обратная связь. Это было топливо для нашей рекламы.

Мы легли спать, и я долго не мог уснуть. Я смотрел в темноту и слышал, как Юля дышит рядом. Ее дыхание было ровным, спокойным. Она не волновалась. Она не переживала. Она приняла это. А я все еще метался между мужем и маркетологом, не зная, кто из них победит.

Утром, проснувшись, я сразу открыл ноутбук. Я снова читал и впитывал в себя все сообщения. Все было более чем отлично. Тысячи комментариев, сотни репостов, десятки тысяч просмотров. Наша реклама работала на полную мощность.

— Юль, — позвал я. — Люди в восторге. Все просят трансляции.

— Кирилл, а ты не против? — спросила она, подходя ко мне. Ее волосы были растрепаны, глаза сонные, но она улыбалась.

— Нет, — сказал я. — Ты все правильно сказала. Марко инструмент.

Мы засмеялись. Я притянул ее к себе и начал целовать. Утренний секс, что может быть приятнее? Я был в ударе. Меня хватило надолго. Мне показалось, что Юля кончила. Мне всегда было сложно разобрать, где ее обычный стон от секса и где стон от оргазма. Но каждый раз, когда я ее спрашивал, она говорила, что кончила. Для меня этого было достаточно. И я спокойно, как и сейчас, пошел в душ.

После завтрака я набрал Марко.

— Привет, Марко, — сказал я. — Какие планы на вечер?

— Да никаких особо, — ответил он. — Прийти?

— Да, давай к девяти вечера.

День пролетел незаметно. Я настраивал оборудование, проверял свет, готовил музыкальный плейлист. Юля занималась своими делами, но я чувствовал, что она тоже нервничает. Она часто смотрела на часы, поправляла волосы, что-то перебирала в шкафу.

Вечером Марко постучал к нам в дверь. Я открыл ему.

— Проходи, располагайся, — сказал я, отступая в сторону.

Марко вошел и, как всегда, улыбнулся. Он был в хорошем настроении, и я заметил, что он даже принес с собой бутылку вина. Мы выпили по бокалу, чтобы снять напряжение. Юля и Марко общались, пока я настраивал трансляцию. Я слушал краем уха и понял, что у них много общего, в том числе и йога. Их общение было похоже на общение двух друзей-подростков. Он подшучивал над ней, не стесняясь трогать ее тело. Шлепки, поглаживания. Они выглядели как пара. Или может, в моей голове все это казалось таким.

— Все готово, — сказал я. — Одевайте маски. Старайтесь все делать медленнее. Надо собрать с этой трансляции максимум.

Я снова занял свое место за камерой и запустил прямой эфир. Зрители начали сразу прибавляться. Я смотрел, как их количество увеличивается кратно с каждой минутой. Комментарии мелькали, и их количество было такое, что я просто не успевал читать. А самое приятное, что строка с донатами начала загораться, и полоса начала сдвигаться, сообщая, что люди уже начали платить.

Пока я отвлекался на техническую часть, Марко и Юля успели раздеться. Его темные руки снова ласкали ее белое тело. И в этот раз он был более уверенным в себе. Его член уже стоял и был нежно окружен пальчиками моей жены. Она водила по нему, доставляя удовольствие нашему гостю. Даже через чулок я видел, как ему хорошо.

Я смотрел на экран и видел огромную сумму денег и множество зрителей. Я понимал, что мы попали в цель, и сейчас нужно максимально использовать этот шанс. Я не знаю, как вам описать, что со мной происходило. Во мне ликовал маркетолог, который смог добиться отличного результата. Я был возбужден от происходящего. И радовался крупной сумме денег на экране. Может, это было счастье?

Марко и Юля делали все медленно. Они двигались в такт музыке, обнимались, ласкали друг друга. Юля была прекрасна. Ее тело двигалось плавно, как у кошки. Она полностью отдалась процессу. Ее руки нежно касались его груди, его плеч, его живота. Она целовала его шею, его ключицы. И он отвечал ей тем же.

Вскоре она опустилась на колени. Внутри меня все замерло. Взяв двумя руками его член, она начала его мастурбировать. Ее пальцы ловко двигались вдоль ствола, сжимали его, гладили. Ее губы приближались к члену. Она бегло посмотрела в мою сторону, медленно поцеловала головку. Я уже увеличил зум на камере, и зрители видели все очень близко. В этот миг я перестал следить за донатами. Я начал смотреть за Юлей, за ее движениями, за ее губами, которые еле смыкались вокруг толстого члена.

Я видел, как ее язык ласкает головку снизу, как он скользит по ней. Она старалась не задеть его зубами, и ее рот был непривычно раскрыт. Черная толстая плоть проникала глубже в рот моей жены. И с каждым таким толчком она прикрывала глаза, пытаясь почувствовать что-то внутри. Марко просто медленно начал трахать рот Юли. Она лишь иногда открывала глаза и смотрела на него. Этот ее взгляд снизу, просящий и умоляющий, был настолько возбуждающим. Я не видел его ни разу. Я, ее муж, не видел такого.

По нижней части черного члена потекла слюна. Капля упала на пол. Я понимал, что Юля перестала контролировать свой рот. Он был в пользовании Марко. Звуки, эти сумасшедшие влажные звуки, смешанные со стонами моей жены, были такими страстными, что я был готов достать член и начать мастурбировать. Только сейчас до меня начало доходить, чем все это кончится. И я снова хотел их остановить, но не мог. Я сам хотел этого. Хотел, чтобы он кончил в рот моей Юле. И она хотела этого тоже. Чтобы этот большой черный парень получил удовольствие.

И это произошло. Марко запрокинул голову. Я видел на экране, как его член начал содрогаться и выпускать во рту моей жены сгустки семени. Еще и еще. Его было много. Оно начало стекать по губам, по подбородку, капая на грудь и на пол. Юля не отстранялась. Она принимала все. Она смотрела на него снизу вверх, и я видел в ее глазах удовлетворение. Но он не остановился на этом. Вытащив свой член, он смотрел ей в глаза. Он смотрел на результат своей работы. И медленно водил членом по ее губам, растирая по ним свое семя. Сжав пальцами головку, он выдавил последнее и мазнул им по ее губам.

Я нажал стоп. Трансляция закончилась.

Юля быстренько убежала в ванную. Я слышал, как она включила воду. Марко привычно одевал брюки. Он не смотрел на меня. Он просто делал свое дело.

Я передал деньги и попрощался с ним. Внутри было пусто. Просто пусто.

Я ждал Юлю. Ждал, что она скажет. Начав читать комментарии, я понимал, что все хорошо. Все идет правильно. Зрители писали, что это было невероятно, что они давно не видели такого, что они будут ждать продолжения. И только смущало одно. Все просили, чтобы этот член оказался между ее ножек. Я закрыл лицо руками. Что происходит? Куда мы идем?

Юля сзади снова обняла меня. Я чувствовал ее тепло, ее дыхание на своей шее.

— Сколько мы заработали? — спросила она.

Я даже забыл посмотреть на цифры. Открыв кошелек, мы оба были в шоке. Это была очень большая сумма. Больше, чем мы заработали за все предыдущие трансляции вместе. Юля радовалась, что наконец бедная жизнь закончилась. Я радовался вместе с ней. Мы смеялись, обнимались, строили планы.

Но внутри все равно сидел ревнивый муж и стучал ногами. Он кричал мне, что это неправильно. Что мы теряем себя. Что это конец нашей семьи. Я не слушал его. Я закрыл уши и не слушал.