Истории, где всё начинается внезапно: знакомство, совпадение, случайный повод. Этот жанр любит неожиданные повороты и быстрое развитие событий.
Сюжеты с сильным “крючком”: случайная встреча запускает цепочку решений, которые меняют планы и эмоции героев.
Трахая, он рассматривал жену, на этот раз на её теле не было каких-либо признаков того, что она трахалась до этого. И её ракушка была такой, какой он всегда привык её видеть. Лена страстно подмахивала ему, крутилась под ним, она вращала своим тазом так, что член его находился словно в бетономешалке, уж такой образ пришёл ему, как строителю.
Парни время от времени менялись местами, переворачивали Айгуль то на спину, то на бок. Природа брала своё. Постепенно казашка подмокла и крупный член перестал быть для неё таким страшным. Ребята драли свою жертву в бешеном темпе и ( вот же профессионалы) финишировали одновременно, тремя мощными фонтанами. Жидкость, наполнившую рот, Айгуль по требованию режиссёра, она проглотила и на камеру продемонстрировала пустой рот и чистый язычок. Затем Ганс долго снимал крупный план промежности с вытекающей из обеих дырочек спермой.
Женька резко вышел из моей сестры, после чего застонал почти с той же интонацией, с которой до этого застонал его одноклассник, который заполнил рот Лерки. Кончил он, вероятнее всего, Лерке на живот. Ну, или в презерватив, если он был в нем (со своего места я не видела, была ли на его члене резинка или нет).
Лена пыталась что-то ему говорить, но, он заткнул её рот своими устами. Ещё немного, и её ракушка чавкнула под напором его члена. Уже после этого, она перестала сопротивляться, и он раздел её полностью. Коля ещё упражнялся на Лене, когда дверь приоткрылась и в неё заглянули две любопытные рожи. Стоило Коли кончить, как его друзья оказались тут как тут.
Вот, тогда и начался для меня кошмар. Они по несколько раз в неделю требовали, что бы я приезжала к ним. Иногда, на несколько часов, иногда, на целый день, а иногда, и на ночь. Они сами решали, когда отпустить меня. Мои возражения не принимались. Вначале, их было восемь человек, и они просто отрывались на мне, на жене их обидчика. Что только они со мной не делали…
Я с ужасом стала наблюдать за тем, как его рука свободна двигается в моей задней дырочке, проникая до середины предплечья и выходя до кисти. При этом, что было страшнее всего, я уже не чувствовала какого-либо сильного напряжения или боли. То, что он делал со мной… я переносила это теперь легко, словно это был просто очередной член в моей попке.
Ирина успела дважды принять сперму за это утро, причем вторую проглотила всего за час до приезда мужа. Но если вторая порция казалась ей лишней из-за несвоевременности, первую она приняла с огромным удовольствием. Сын разбудил ее членом, причем разбудил не сразу, даже успел войти в сладко спящую мать, хотя перед этим довольно широко раздвинул её ножки, буквально стащив одеяло с по обыкновению закутавшейся в него женщины.
Потом, они поменялись, потом, ещё раз. Они залили меня под завязку! Я пошла подмываться, смотрю, в другой комнате, на кровати, Оля, один её сзади долбит, а ещё двое рядом стоят, члены дрочат, своей очереди ждут. Оля громко кричит, а тот парень, так активно её трахает, у неё только сиськи трясутся.
С каждым движением Маша тихо стонала, левая рука сжималась-разжималась. Даже складывалось ощущение что моя жена близка к оргазму. Тимур провёл по всей поверхности бедра пару раз, начал снизу заново, медленно вверх. Маша чуть сдвинулась, сжала край полотенца левой рукой так: почти вся киска и анус открыты. Не знаю о чем она думает, но Тимур наверняка понял: приглашение к большему.
Придерживая мать за голову одной рукой, второй он уперся в плечо Ирины и, слегка отталкивая от себя тело женщины, отпускал! Вес и положение тела матери делало остальное – благодаря земному притяжению она просто утыкалась лицом в пах сына – попутно очень глубоко принимая его член! Сдавленные вопли и клокочущее горло матери не смущали парня, но аккурат в момент, когда по ноге Ирины скатился второй ручеек, он перестал отталкивать, попросту оставив ее рот у корешка члена и слегка дернув тазом, прохрипел:
Я не сопротивлялась больше. Просто сидела на коленях, открыв рот, стараясь максимально расслабить горло, спрятав зубы. Я была пассивным сосудом, который используют. Но даже в этом пассивном состоянии мое тело откликалось. Унижение, боль в коже головы, грубые толчки, рвущие горло, смешивались с тем самым возбуждением, что разгоралось всё сильнее. Он был неутомим. Казалось, он ждал этого момента с самого утра, с той минуты, как проснулся, думая только о том, как снова использует моё горло.
В тот же вечер мне снова пришлось слушать стоны мамы за стеной, которая трахалась с отчимом. Они пришли от друзей поздно вечером, после пьянки, и полночи она кричала, пока он драл ее, как шлюху. О том, что он делал это именно так, свидетельствовали громкие шлепки, которые я тоже слышала через стену, а также различные грязные словечки, которые он говорил в адрес мамы.
Я ведь не такая. Я не соска. Я – верная жена. Всё моё воспитание, все мои жизненные установки кричали, что отсасывать не мужу, да еще и собственному отцу – это величайший грех... Но мой язычок меня не слушал: сам собой ласкал край головки, порхал по самому навершию, мимолетно слизнув выступившую серебристую капельку. Это ужасно для меня, но насквозь порочный процесс увлекал и возбуждал. И что? Я – соска? Я - неверная жена? Я – шлюха для собственного отца?
«Вот и всё! Пьяная баба пизде не хозяйка! Верная жена и преданная любовница…» - С грустью усмехнулся про себя Иван. "Ну, что ж, хотела ты меня подразнить, что-то доказать мне, желала, что бы я помучился от ревности, хорошо, ты этого добилась, Люба. Ты сама сделала выбор, никто тебе не подталкивал к этому, я лишь пассивно наблюдал, не вмешиваясь, и вот, ты получила своё! Но, каково тебе будет завтра, осознавать всё это, не пожалела бы".
Сосед кончил прямо в процессе, пока его член двигался у меня между сисек. Он кончал на меня, и его сперма брызгала по моей бархатистой коже. Это было приятно. Казалось бы, ничего такого, но в моменте, когда все происходило… Я получала наслаждение от этого. И сейчас, вспоминая все, я возбуждалась.