Развернулся к Юльке, нанося первый удар. Неудачный… Под слишком острым углом и кончик кнута хлестнул по бедру. Та дёрнула ногой, но поднимать её не стала. Вспомнил, как избивал диван, внёс необходимые поправки, и второй удар оказался лучше, и следующий… Юлька выла, рыдала, умоляла не жалеть и бить сильнее.
Вчера был просто анальный секс… Необычный, возбуждающий, но без этой эйфории! Много лет назад… Неудобно, неприятно, надо готовить попку… Зачем столько усилий, когда есть уютное, гостеприимное влагалище? Сейчас это не было просто сексом! Жена не просто подставила свою задницу… Между нами… что-то менялось, и каждый толчок члена, каждое ответное движение ягодиц, словно скрепляли эти изменения.
Адвокат сказал, что меня ждут важные заграничные гости. И кто ты думаешь, были эти гости? Это были нигеры, чёрные как рулоны рубероида, правда, французского гражданства, но родом, оттуда, из Африки. Вот, с ними я и была почти три дня. Первый день посидели в ресторане, а после него, поехали в гостиничный номер, из него и не вылезали всё это время. Еду и вино они заказывали в номер, и трахали, трахали, и трахали! Вот, потому и приехала я домой никакая.
Юлька текла, причём настолько обильно, что ноги были влажными почти до колен. Погружался в неё, словно в плавательный бассейн – пуская пузыри и выдавливая излишки жидкости. Если вчера еле преодолел расширение пробки, вминавшей влагалище, то сейчас едва его заметил. Начал медленно двигаться и, когда жена попыталась сама подмахнуть, шлёпнул её ладонью по уже покрасневшей ягодице.
Розовое платье с широким поясом и крупными пуговицами было расстёгнуто на груди, открывая роскошный вырез, и снизу расходилось… где-то там, где начиналась её промежность. Сомневаюсь, что в таком виде она шла через офисы. Наверняка доработала наряд перед самым моим кабинетом.
Обхватив крепкие бёдра, медленно поглаживал крепкие ягодицы, приближаясь к глубокой долине, раздвинутой округлым пластиковым основанием пробки. Моя жена ходит с анальной пробкой! Член возбуждённо зашевелился и поднялся за секунду. Конечно же, Юля это заметила. Конечно же, ей была приятна такая реакция.
Трахая, он рассматривал жену, на этот раз на её теле не было каких-либо признаков того, что она трахалась до этого. И её ракушка была такой, какой он всегда привык её видеть. Лена страстно подмахивала ему, крутилась под ним, она вращала своим тазом так, что член его находился словно в бетономешалке, уж такой образ пришёл ему, как строителю.
Через пару минут появилась Елена, закрыла дверь, поставила чашку кофе на угол стола и привычно опустилась на колени, извлекая мой член. Только физиология, никаких личных отношений - когда-то строго оговорила она, и мы оба придерживались этого правила. То есть, поначалу пытался её приласкать или пригласить куда-то, но она сразу напоминала о муже, которому верна и трёх… или четырёх детишках, которых не хочет оставить без отца.
Парни время от времени менялись местами, переворачивали Айгуль то на спину, то на бок. Природа брала своё. Постепенно казашка подмокла и крупный член перестал быть для неё таким страшным. Ребята драли свою жертву в бешеном темпе и ( вот же профессионалы) финишировали одновременно, тремя мощными фонтанами. Жидкость, наполнившую рот, Айгуль по требованию режиссёра, она проглотила и на камеру продемонстрировала пустой рот и чистый язычок. Затем Ганс долго снимал крупный план промежности с вытекающей из обеих дырочек спермой.
Лена пыталась что-то ему говорить, но, он заткнул её рот своими устами. Ещё немного, и её ракушка чавкнула под напором его члена. Уже после этого, она перестала сопротивляться, и он раздел её полностью. Коля ещё упражнялся на Лене, когда дверь приоткрылась и в неё заглянули две любопытные рожи. Стоило Коли кончить, как его друзья оказались тут как тут.
Вот, тогда и начался для меня кошмар. Они по несколько раз в неделю требовали, что бы я приезжала к ним. Иногда, на несколько часов, иногда, на целый день, а иногда, и на ночь. Они сами решали, когда отпустить меня. Мои возражения не принимались. Вначале, их было восемь человек, и они просто отрывались на мне, на жене их обидчика. Что только они со мной не делали…
Ирина успела дважды принять сперму за это утро, причем вторую проглотила всего за час до приезда мужа. Но если вторая порция казалась ей лишней из-за несвоевременности, первую она приняла с огромным удовольствием. Сын разбудил ее членом, причем разбудил не сразу, даже успел войти в сладко спящую мать, хотя перед этим довольно широко раздвинул её ножки, буквально стащив одеяло с по обыкновению закутавшейся в него женщины.
Потом, они поменялись, потом, ещё раз. Они залили меня под завязку! Я пошла подмываться, смотрю, в другой комнате, на кровати, Оля, один её сзади долбит, а ещё двое рядом стоят, члены дрочат, своей очереди ждут. Оля громко кричит, а тот парень, так активно её трахает, у неё только сиськи трясутся.
С каждым движением Маша тихо стонала, левая рука сжималась-разжималась. Даже складывалось ощущение что моя жена близка к оргазму. Тимур провёл по всей поверхности бедра пару раз, начал снизу заново, медленно вверх. Маша чуть сдвинулась, сжала край полотенца левой рукой так: почти вся киска и анус открыты. Не знаю о чем она думает, но Тимур наверняка понял: приглашение к большему.
Придерживая мать за голову одной рукой, второй он уперся в плечо Ирины и, слегка отталкивая от себя тело женщины, отпускал! Вес и положение тела матери делало остальное – благодаря земному притяжению она просто утыкалась лицом в пах сына – попутно очень глубоко принимая его член! Сдавленные вопли и клокочущее горло матери не смущали парня, но аккурат в момент, когда по ноге Ирины скатился второй ручеек, он перестал отталкивать, попросту оставив ее рот у корешка члена и слегка дернув тазом, прохрипел: