Да, давно он так не трахал свою жену, бывало иногда, что присовывал ей уже ночью, под одеялом, перед тем как уснуть. Это было чисто механически, привычка, и, что бы быстрее кончить, спустив пар, и вроде бы, как, исполнить семейный долг, демонстрируя этим удачную семейную идиллию.
Иван не спешил, сдерживался, и давал девушке привыкнуть. Постепенно, она расслабилась, его член уже входил на всю длину. Люба стала томно постанывать, громко вздыхать, Иван наращивал темп, и вскоре, уже долбил её по полной. Продержался Иван не долго, быстро кончив и залив ей живот и груди. По привычке, он подставил свой член к её рту, Света всегда с удовольствием облизывала его, но Люба воротила от него голову.
«Какая нелепая ситуация… меня имеют прямо на танцплощадке, совсем рядом столько народу, и никому нет дела…, а на другом конце зала сидит мой муж… Что же, если ситуацию не изменить, то хотя бы получить от неё удовольствие. Тем более, всё это с молчаливого согласия мужа, который, как она считала, всё прекрасно видел, понимал, куда её повели, и зачем, но не подошёл, отдав её этим горячим мужикам» - Так думала Лена, которую вся эта ситуация стала сильно заводить, и она расслабилась, перестав сопротивляться, отдав себя на волю этих разгорячённых мужчин.
Виктор Иванович суетливо улёгся на Айгуль. Поёрзав немного, он пристроился поудобнее и без помощи рук вогнал член во влажное влагалище. Мужчина поцокал языком. Мокрая как сучка во время течки. Одно слово - физиология. Золушка ждёт своего принца. Едва Виктор Иванович задвигал тазом, Айгуль жадно обхватила его тело руками, притягивая к себе. Она пыталась целовать партнёра, но тот брезгливо отстранился. Он приподнялся на выпрямленных руках и, не отводя взгляда от счастливого лица казашки, двигался во всё возрастающем темпе. Дрожащая от возбуждения девушка, не открывая глаз, бормотала что - то неразборчивое, постанывала и тихонько посмеивалась. Она кончила первой, забившись в судорогах и заскулив.
Взяв ее за волосы, он, как и Олег, жестко сношал в анус мою любимую, а та в ответ на это старательно подмахивала ему бедрами. — Получай шалава! – прорычал Саня начиная заполнять успевшее сегодня знатно растянуться от долгой ебли очко Гульназ. В ответ на это она лишь простонала, так как он крепко держал ее за волосы оттягивая на себя и изливаясь в мою жену.
— Ты бы видел нас, Марк, - хихикала она, ее лицо раскраснелось от алкоголя и возбуждения- Мы трясли задницами, кричали, что мы пьяные, замужние шлюхи, которые хотят, чтобы их трахнули в рот и задницу... Она продемонстрировала это, схватив Марка за руки и положив их себе на ягодицы, поощряя его сжимать их.
В голове проносились обрывки картин: её лицо, смотрящее на меня с интересом в саду, её поцелуй, её рука на паху Серёги за столом, её растянутые губы на его члене, её стоны сейчас, за стеной. Я представлял, как Серёга, этот грубый животное, владеет ею, как входит в неё своим толстым поршнем, как она кричит от удовольствия. Кончил я быстро, судорожно, в унитаз. Тело обмякло, на смену животному возбуждению пришла тошнотворная пустота и стыд. Я ужасный. Я такой же грязный, как они все. Я только что дрочил, слушая, как мой друг трахает девушку, в которую я был влюблен.
Она сосала его, как будто хотела высосать из меня всю жизнь, всю молодость, всю накопившуюся за этот вечер неловкость и напряжение. Звуки были непристойно громкими в бетонной пустоте лестницы: чавкающие, влажные, хлюпающие. Она отрывалась на секунду, чтобы сплюнуть на него слюны, и снова погружала его в теплоту своего рта, теперь уже еще глубже, до самого горла. Я видел, как ее щеки втягивались, как двигается ее челюсть. Она была мастером. Опытной, безжалостной, знающей толк в этом деле женщиной.
Я сильнее надавил и почувствовал как он без сопротивления прошел дальше и уперся во что то. Наверное всё. Нужно подержать пока попривыкнет. Я начал медленно вытаскивать его и медленно вводить. Мне казалось что это может быть больно и воспринимал стоны наслаждения супруги за звуки боли. Как же ей было хорошо. Она излучала сексуальность, ее стоны, ее глубокое дыхание. В жизни у нас такого не было. Как же было хорошо. Я получал удовольствие от того что было хорошо ей. Движения мои уже стали более уверенными и у нее там стало куда свободнее.
Когда мой член полностью скрылся внутри влагалища Аллы Вячеславовны, я чувствовал, как оно сжимается, а сама Алла немного трясётся и прогибается от удовольствия. Неожиданно, я заметил, что Ваня не теряя времени, начала чередовать то мокрую пизденку моей матери, то сладкий ротик своей матери. Пока Алла находилась в экстазе, Ваня не стесняясь ничего, вгонял свой член в глотку матери на всю, пока слюни разлетались во все стороны.
Сын махнул рукой. Наталья подперла кулачком подбородок, опустив вторую руку. Убедилась глазами, что никто на неё не смотрит с улицы, и, закусив губу, пустила ладошку между ног. Ей хотелось тоже получить хоть какое-то удовольствие от этого акта. Пальцы привычно нащупали половые губки, найдя нужное место. Совсем рядом ходил в её заднице крепкий поршень, отчего пизда тоже двигалась, периодически то натягиваясь, то раскрываясь.
Мужчина прикрыл глаза в предвкушении и, направляя член рукой, без труда погрузил его головку в хорошо увлажнённую дырочку. Дальше не пускала та самая преграда, которую Айгуль берегла для жениха. Ох уж эти девственницы. Ухватившись за бёдра девушки, мужчина задвигал тазом, нанося удары, постепенно увеличивая их силу. Ха! Уже после четвёртого толчка член погрузился почти наполовину. Айгуль вскрикнула и на её глазах появились слёзы. Виктор Иванович широко улыбнулся. Теперь для азиатки все мосты сожжены.
Игорь зажмурился, пытаясь выгнать картинку. Но она была ярче, детальнее, навязчивее. Он видел, как Сергей Иванович сбрасывает свой пиджак, как его наглые, привыкшие командовать руки тянутся к молнии на её комбинезоне. Как Света слабо пытается отстраниться, но её движения вялые, размотанные. Как комбинезон сползает с её плеч, обнажая тонкую шею, ключицы, белое кружевное белье, которое Игорь... Игорь купил ей на прошлый день рождения. Его подарок. Его жена.
Вся толпа смотрела и раздевала её взглядом. Это было почти физически ощутимо. Игорь, сидя за рулем, пытался потушить в душе разгорающийся пожар, но всё было безуспешно. Руки сжимали руль. Предчувствие, ядовитое, пронзающее всё тело, сдавило горло. Он вышел из машины, чтобы помочь ей погрузить вещи в багажник автобуса. Его присутствие никто не заметил. Он был для них просто тенью, водителем, привезшим красивую женщину. Он был невидимкой.
Завалил на живот и безо всякой смазки свой здоровенный болт мне в попку загнал. Хорошо, что она у меня разрабртанная. Иначе, чего доброго, разорвал бы. Пошла забава. Я слышу как ты за стенкой мычишь, залупой давишься, ты слышишь как я стону. Не знаю как ты, но завелась ни на шутку. Кончила от анала, но что толку. Ещё ведь хочется. Тут те двое, что тобой занимались, кончили и предложили моему поменяться местами. Того уговаривать не нужно. Бросил мою попку и к тебе побежал. Дождался своего часа. Ко мне пришли твои двое.