Но это далось ей ценой неимоверных усилий, ведь длинный толстый член сына, резко и грубо вторгся, продолжив совершать неглубокие, но жесткие фрикции в той же манере – не в истекающую смазкой вагину матери, а в ее маленький коричневый анус!
Жанна стояла, наклонившись над разложенным на полу одеялом, поправляя его угол. Она была ко мне спиной. Антон стоял сбоку от неё, совсем близко. Его правая рука была заведена ей между ног сзади. Ладонь плотно прижималась к её промежности через тонкую ткань джинсов. Он не двигался резко, просто держал её так, в полном, властном обладании. Жанна не двигалась. Она замерла в неестественной, скованной позе, будто окаменела.
Под халатом на матери не было вообще ничего, поэтому повторно окаменевшему парню достался «сектор приз», ведь пальцы женщины пошатали голые груди и пробежав по плоскому животику похлопали по коротко остриженному лобку. — Рассмотрел? – самодовольно произнесла Ирина, и повернувшись вполоборота задрала халат, - попка у меня тоже ничего, правда же?..
Член его плотно сжимали стеночки её трепещущего влагалища, которое он разрабатывал под размеры своего члена. Скоро она привыкнет к его размерам и будет уже спокойно воспринимать его в себе. Иван вновь вспомнил о жене, кто-то и ей разработал её влагалище под свой не маленький, а вернее, очень длинный и толстый член. Да так, что теперь он, Иван, не достаёт до её матки и не чувствует той тесноты, что испытывал внутри неё раньше.
Иван стал вдавливать свой член в это сопротивляющееся ему отверстие. Наконец, с громким криком Оли, эта преграда рухнула, и он вошёл в заветные райские кущи. Сделав плавный, но сильный толчок, он, войдя на треть длины своего члена, остановился.
Когда они оба кончили, Иван похвалил дочь, хотя, ничего такого особого она не продемонстрировала. Видал он и намного получше, та же Светка, вертелась на члене как пропеллер вентилятора, не говоря уже о том, что выделывали некоторые проститутки, которых они с мужиками частенько заказывали в сауны, да и так, на гулянки. Но, он хвалил дочь, полагая, что в перспективе, она будет очень хороша, да теперь ещё, под его чутким руководством.
Она опустилась перед ними на колени. Девушка с розовыми волосами жадно всматривалась, пытаясь разглядеть её лицо, но маска надёжно скрывала черты. Катя дрожащими руками расстегнула ширинку парня. Его член был уже твёрдым и возбуждённым. Она взяла его в рот, стараясь работать языком и губами так, стараясь угодить незнакомцу и выполнить приказ.
И мои дрожащие губы охватили головку. Ох, как же это сладко: когда мой шустрый язычок скользит по уздечке, ласкает навершие, а губы – медленно и в то же время жадно, - двигаются вниз, принимая великолепный член. Но мой теперешний любовник наверняка хочет большей интенсивности, и моя голова услужливо закивала несмотря на сопротивление воды. Я сосу собственному сыну! Я пыталась взять в рот глубже, чтобы доставить настоящее блаженство своему любовнику. И самой получить еще большее наслаждение, послушно отсасывая.
Взяв член в руку, с усилием затолкал его с тугую дырочку. На тихий вскрик Айгуль не обратил внимания. Преодолевая сопротивление начал двигать тазом, с каждым следующим толчком погружаясь чуть глубже. Айгуль, сжав зубы и обливаясь слезами, терпела. Ингрид, наблюдавшая за совокупляющейся парой со стороны, решила, проявить к девушке сострадание. Она поднырнула под живот Айгуль и, вывернув шею, начала языком ласкать клитор девушки, в то время как её рука осторожно теребила мошонку Алихана, пытаясь приблизить его оргазм.
Я закрыл глаза, и в голове, против моей воли, возникла картина. Она, в своём белом платье, прижатая к стене или нагнувшаяся. Они - двое, а может, и трое. Огромные, по сравнению с моим, члены. Она, принимающая их, жадно, с тем самым настоящим стоном, который я слышал лишь раз.
Я хотел все прекратить, но мамин рот, грудь, головка у самых её губ, таких нежных, таких мягких. Еще утром она чмокнула ими меня в щеку. После этого меня накрыло окончательно. Рука сама потянулась к ширинке. Член вывалился, он стоял колом, головка набухшая, капля с конца потянулась ниткой.
Да, давно он так не трахал свою жену, бывало иногда, что присовывал ей уже ночью, под одеялом, перед тем как уснуть. Это было чисто механически, привычка, и, что бы быстрее кончить, спустив пар, и вроде бы, как, исполнить семейный долг, демонстрируя этим удачную семейную идиллию.
Иван не спешил, сдерживался, и давал девушке привыкнуть. Постепенно, она расслабилась, его член уже входил на всю длину. Люба стала томно постанывать, громко вздыхать, Иван наращивал темп, и вскоре, уже долбил её по полной. Продержался Иван не долго, быстро кончив и залив ей живот и груди. По привычке, он подставил свой член к её рту, Света всегда с удовольствием облизывала его, но Люба воротила от него голову.
«Какая нелепая ситуация… меня имеют прямо на танцплощадке, совсем рядом столько народу, и никому нет дела…, а на другом конце зала сидит мой муж… Что же, если ситуацию не изменить, то хотя бы получить от неё удовольствие. Тем более, всё это с молчаливого согласия мужа, который, как она считала, всё прекрасно видел, понимал, куда её повели, и зачем, но не подошёл, отдав её этим горячим мужикам» - Так думала Лена, которую вся эта ситуация стала сильно заводить, и она расслабилась, перестав сопротивляться, отдав себя на волю этих разгорячённых мужчин.
Виктор Иванович суетливо улёгся на Айгуль. Поёрзав немного, он пристроился поудобнее и без помощи рук вогнал член во влажное влагалище. Мужчина поцокал языком. Мокрая как сучка во время течки. Одно слово - физиология. Золушка ждёт своего принца. Едва Виктор Иванович задвигал тазом, Айгуль жадно обхватила его тело руками, притягивая к себе. Она пыталась целовать партнёра, но тот брезгливо отстранился. Он приподнялся на выпрямленных руках и, не отводя взгляда от счастливого лица казашки, двигался во всё возрастающем темпе. Дрожащая от возбуждения девушка, не открывая глаз, бормотала что - то неразборчивое, постанывала и тихонько посмеивалась. Она кончила первой, забившись в судорогах и заскулив.