«Если Сережа станет так часто отсутствовать, то это все… это все может стать реальностью, а не только моими мыслями. Ууух! Главное, чтобы Миша…» Я вновь перевела взгляд на своего сына, который в эту секунду смотрел на меня. Встретившись взглядами, мы улыбнулись друг другу. Мне показалось, что через его глаза я увидела то, о чем он думает. Увидела и поняла, что мы с ним мечтаем об одном и том же, мечтаем стать друг другу еще более близкими, чем сын и мать.
Я перевернулся. Мама села сверху, направила меня рукой и опустилась. Не резко — сантиметр за сантиметром, пока не села полностью. Киска обхватила плотно, горячо. Она не стала сразу двигаться. Просто сидела, привыкая, и смотрела мне в глаза. Потом начала медленно подниматься и опускаться. Грудь качалась в такт. Я держал её за бёдра, позволяя маме полностью контролировать процесс. Когда она наклонилась и поцеловала меня, я почувствовал, как она сжимается сильнее.
«Ты как-то просил меня прислать что-нибудь… погорячее, помнишь? Так вот, я тогда сделала ещё один снимок, но вы его не видели…» Следом пришло скрытое фото с пометкой «Открывается один раз». Сердце Димы заколотилось. Он нажал. На экране — школьный туалет. Зеркало. Мама. Она стояла в том самом розовом лифчике, что был на ней в тот день. Одной рукой держала телефон, другой — сдвигала чашечку, оголяя почти полностью правую грудь с задорно торчащим розовым соском.
Первое время, когда мужчина только-только проник в меня, я, обезумевшая от похоти, которая в мгновение охватила всю меня, еще пыталась помогать ему, качаясь всем телом взад и вперед в такт движениям его члена. Сейчас же, я просто стояла, плотно прижавшись к стене, которая была передо мной, и надеясь, что мои ножки смогут удержать меня в том положении, в котором я находилась. Мужчина, впрочем, как только почувствовал, что моих сил осталось не так уж и много, начал поддерживать меня своими руками.
Она поцеловала их по очереди, но когда уже направлялась к двери, Денис окликнул её: — Тёть Алин, ты кое-что забыла… — А, ну да… — Она игриво обернулась и одним плавным движением раскрыла верх халата, словно актриса в эротической сцене. Ткань соскользнула с её плеч, обнажив стройную фигуру, затянутую в чёрное кружевное бельё. Лифчик едва сдерживал пышную грудь, а тонкие бретельки подчёркивали её соблазнительные изгибы. — Вау, офигеть! — притворно восхитился Денис, хотя его взгляд уже прилип к её декольте. — Вот вам, значит, и спокойной ночи. А бельё — это ведь не только лифчик! Алина закусила губу, словно раздумывая, стоит ли продолжать, но в итоге лишь показала ему фигу, смеясь. — Мечтай, племяш.
—«Вот так... хороший мальчик. Терпи. Мама сейчас сделает тебе подарок....тебе ведь нравится, да? Нравится как мама гладит твой непослушный, наглый хуй? Ты только взгляни как он весь дрожит в маминой руке! А течет то как...мммм...плохой болтик! Но мама уже любит его...такого непослушного, большого...толстого! Сколько раз ты дрочил на меня, а?» Миша стонал, пытаясь сдерживаться. Его член был горячим и очень твердым в маминой руке! Марина чувствовала, как он пульсирует! Она ускоряла движения, иногда останавливалась и просто сжимала его у основания, дразня.
— Ооооох! Ммммм… - дальше стонала я, не в силах что-либо сделать со своими эмоциями, которые я почувствовала, когда член моего сына случайно скользнул в мою киску. Возможно, если бы я не была к этому моменту настолько возбужденной, а моя киска не истекала бы соками так сильно, что была невероятно скользкой, проникновения бы не получилось, но… все произошло настолько быстро, что я даже не успела отреагировать. Головка уперлась во вход моего влагалища, и уже в следующую секунду член вошел в меня на половину своей длины, заставив меня стонать.
Миша вышел из ванной, тихо прошел к себе в комнату и лег на кровать. Он не мог думать ни о чем другом!!! Завтра утром мама проснется, примет душ, наденет эти самые леопардовые трусики и пойдет на работу. Она будет носить их весь день — будет сидеть в офисе, ходить по коридорам, возможно, даже наклоняться, чтобы что-то поднять! И все это время его сперма будет касаться ее киски! Он представлял, как ее пизденочка «кушает» его сперму, впитывает ее в себя, пока мама даже не подозревает об этом!
Думая об этом, я и не заметила, как моя ручка оказалась под трусиками, и как пальчики начали играться с клитором. Время от времени сын шевелился во сне, и каждое его движение заставляло его член тереться мне между ножек, что в свою очередь доставляло мне невероятное удовольствие. Мои пальчики сами отодвинули в сторону трусики. Второй своей рукой я потянулась, и обхватила возбужденный член своего сына, стараясь направить его так, чтобы головка потерлась об мои клитор. Мне хотелось, чтобы член Миши поласкал меня, чтобы он доставил мне приятное. Я и сама начала двигать своим тазом, потираясь об него своими половыми губками, которые были скользкими моих соков.
Когда головка касалась губ, они невольно приоткрывались, задевая член влажной частью. Оля чувствовала, как Дмитрий ласкает её, как он умело делает своё дело, на её лице был крепкий ароматный чужой член, и моменты, когда он задевал её рот, были самыми волнительными. Руки её были связаны, и ничего не мешало этому мужчине воспользоваться этим. Но он не спешил, он дразнил её. Дразнил так, что ей самой хотелось сделать это. Оля чувствовала, как возбуждение достигает пиковой точки. Она чуть выгнулась, голова сильнее запрокинулась, рассудок помутнел, и в момент, когда Ахмед должен был подвести член к её губам, она приоткрыла рот. Толстая головка проникла в тёплое и влажное пространство, заполняя его.
Шаги в коридоре. Алина засобиралась на работу. Дима приоткрыл дверь и украдкой глянул на нее. Сегодня она явно перестаралась с макияжем, да и юбка казалась вызывающе короткой, обтягивая бедра, словно вторая кожа. Черная блузка с глубоким вырезом соблазнительно приоткрывала ложбинку между грудями. "Зачем так одеваться в школу?" – промелькнуло в голове с укором.
Одной рукой Ахмед взял Олю за волосы, а другой, взяв член, начал бить им её по лицу. По щекам, по губам, по носу. Попытки отвернуться были бесполезными. Хватка его была очень сильной. Он держал её крепко, не давая уклониться от этих тяжёлых, влажных ударов. Оля чувствовала, как головка члена касается её кожи, оставляя следы смазки, как тяжесть этого органа ощущается на её лице. Она зажмурилась, слёзы подступили к глазам, но она не плакала. Она терпела. Потому что понимала, что сопротивляться бесполезно. И потому что где-то очень глубоко, в самом тёмном уголке её души, это вызывало отклик. Этот мужчина был сильнее. Он был грубее. Он делал с ней то, что Дмитрий никогда бы не посмел. И это пугало её больше, чем что-либо в жизни. Пугало и завораживало.
Дверь была уже закрыта. Ключ повернулся изнутри, едва я постучал два коротких — наш знак. В кабинете пахло не мелом. Мама стояла у стола в той же длинной юбке, но блузка была расстёгнута до середины груди, лифчик сдвинут. Олег сидел в кресле. Саня и Димон у доски. Вовка стоял у окна, красный, с расстёгнутой ширинкой, и смотрел на меня так, будто спрашивал разрешение ещё раз. — Группа смотрит в прямом эфире, — сказал Олег спокойно и кивнул на штатив. Красная точка горела. — Не школа. Закрытый эфир. Двенадцать человек онлайн. Лицо в кружке, как договаривались. Голос — как есть.
Сосед был просто невероятен в постели. Его амплитудные размеренные движения, то, как он шевелил тазом, немного двигаясь со стороны в сторону так, что головка его пениса ударялась в стеночки моего влагалища, все это заставляло меня кончать вновь и вновь, испытывая при этом такие сильные приступы оргазма, которые я не испытывала уже очень долго. Моя интимная жизнь с моим мужем ни в какое сравнение не шла с тем, что происходило со мной теперь, в руках опытного мужчины, который знал каждую точку, надавив на которую можно было заставить кричать меня от наслаждения.
— Да ладно тебе, один бокальчик! – Денис уже наливал вино, щедро, почти до краёв. Дима молча наблюдал, как мать сначала сопротивляется, потом сдаётся, как её пальцы осторожно, почти нерешительно обхватывают бокал, как она делает первый, робкий глоток. — Вкусно? – спросил Денис, усаживаясь рядом с ней на диван, слишком близко, почти вплотную.