— Ты бы видел нас, Марк, - хихикала она, ее лицо раскраснелось от алкоголя и возбуждения- Мы трясли задницами, кричали, что мы пьяные, замужние шлюхи, которые хотят, чтобы их трахнули в рот и задницу... Она продемонстрировала это, схватив Марка за руки и положив их себе на ягодицы, поощряя его сжимать их.
В голове проносились обрывки картин: её лицо, смотрящее на меня с интересом в саду, её поцелуй, её рука на паху Серёги за столом, её растянутые губы на его члене, её стоны сейчас, за стеной. Я представлял, как Серёга, этот грубый животное, владеет ею, как входит в неё своим толстым поршнем, как она кричит от удовольствия. Кончил я быстро, судорожно, в унитаз. Тело обмякло, на смену животному возбуждению пришла тошнотворная пустота и стыд. Я ужасный. Я такой же грязный, как они все. Я только что дрочил, слушая, как мой друг трахает девушку, в которую я был влюблен.
Она сосала его, как будто хотела высосать из меня всю жизнь, всю молодость, всю накопившуюся за этот вечер неловкость и напряжение. Звуки были непристойно громкими в бетонной пустоте лестницы: чавкающие, влажные, хлюпающие. Она отрывалась на секунду, чтобы сплюнуть на него слюны, и снова погружала его в теплоту своего рта, теперь уже еще глубже, до самого горла. Я видел, как ее щеки втягивались, как двигается ее челюсть. Она была мастером. Опытной, безжалостной, знающей толк в этом деле женщиной.
Я задвигала головой быстрее, желая поскорее довести брата до оргазма. Его член, обильно смазанный моими слюнками, скользил между моими губами; я чувствовала во рту жар, исходящий от него, он обжигал мой язычок, мои щечки. Закрыв глаза, я наслаждалась каждым сантиметром живой плоти, наслаждалась каждым изгибом формы, каждой небольшой деталью, которую я чувствовала, пока сосала своему брату.
Я сильнее надавил и почувствовал как он без сопротивления прошел дальше и уперся во что то. Наверное всё. Нужно подержать пока попривыкнет. Я начал медленно вытаскивать его и медленно вводить. Мне казалось что это может быть больно и воспринимал стоны наслаждения супруги за звуки боли. Как же ей было хорошо. Она излучала сексуальность, ее стоны, ее глубокое дыхание. В жизни у нас такого не было. Как же было хорошо. Я получал удовольствие от того что было хорошо ей. Движения мои уже стали более уверенными и у нее там стало куда свободнее.
Когда мой член полностью скрылся внутри влагалища Аллы Вячеславовны, я чувствовал, как оно сжимается, а сама Алла немного трясётся и прогибается от удовольствия. Неожиданно, я заметил, что Ваня не теряя времени, начала чередовать то мокрую пизденку моей матери, то сладкий ротик своей матери. Пока Алла находилась в экстазе, Ваня не стесняясь ничего, вгонял свой член в глотку матери на всю, пока слюни разлетались во все стороны.
Обхватив обеими руками его член у основания, я стала дрочить его. Одновременно с этим я открыла свой ротик и запустила внутрь часть головки, которую принялась старательно облизывать и обсасывать, уделяя внимание каждому сантиметру бордовой горячей плоти.
Мужчина не стал долго со мной церемониться. Задрав кверху короткую юбку, что была на мне, и сдвинув в сторону трусики, он начал предпринимать попытки войти своим членом в мою киску. Так как он спешил, первые его попытки оказались неудачными и ни к чему не привели, но потом…
Сын махнул рукой. Наталья подперла кулачком подбородок, опустив вторую руку. Убедилась глазами, что никто на неё не смотрит с улицы, и, закусив губу, пустила ладошку между ног. Ей хотелось тоже получить хоть какое-то удовольствие от этого акта. Пальцы привычно нащупали половые губки, найдя нужное место. Совсем рядом ходил в её заднице крепкий поршень, отчего пизда тоже двигалась, периодически то натягиваясь, то раскрываясь.
Мужчина прикрыл глаза в предвкушении и, направляя член рукой, без труда погрузил его головку в хорошо увлажнённую дырочку. Дальше не пускала та самая преграда, которую Айгуль берегла для жениха. Ох уж эти девственницы. Ухватившись за бёдра девушки, мужчина задвигал тазом, нанося удары, постепенно увеличивая их силу. Ха! Уже после четвёртого толчка член погрузился почти наполовину. Айгуль вскрикнула и на её глазах появились слёзы. Виктор Иванович широко улыбнулся. Теперь для азиатки все мосты сожжены.
Игорь зажмурился, пытаясь выгнать картинку. Но она была ярче, детальнее, навязчивее. Он видел, как Сергей Иванович сбрасывает свой пиджак, как его наглые, привыкшие командовать руки тянутся к молнии на её комбинезоне. Как Света слабо пытается отстраниться, но её движения вялые, размотанные. Как комбинезон сползает с её плеч, обнажая тонкую шею, ключицы, белое кружевное белье, которое Игорь... Игорь купил ей на прошлый день рождения. Его подарок. Его жена.
Вся толпа смотрела и раздевала её взглядом. Это было почти физически ощутимо. Игорь, сидя за рулем, пытался потушить в душе разгорающийся пожар, но всё было безуспешно. Руки сжимали руль. Предчувствие, ядовитое, пронзающее всё тело, сдавило горло. Он вышел из машины, чтобы помочь ей погрузить вещи в багажник автобуса. Его присутствие никто не заметил. Он был для них просто тенью, водителем, привезшим красивую женщину. Он был невидимкой.
Не став тратить время, Аслан начал входить во влагалище школьницы, которое принимало его член довольно легко. Головка проскользнула между влажных половых губ, оказавших внутри. Мужчина протяжно застонал, ощущая членом все тепло Леры. Лера вторила ему нежным стоном. Внутри нее вновь был член. Она вновь испытывала все эти ощущения. Ей снова было хорошо.
Я почувствовала, как горячая сперма ударила мне прямо в горло и стала заполнять меня. Глотать мне не приходилось, так как головка члена была глубоко в моем горле, и сперма выливалась прямиком в мой пищевод. Все, что мне было нужно, это ждать, пока дядя не закончит кончать.
Завалил на живот и безо всякой смазки свой здоровенный болт мне в попку загнал. Хорошо, что она у меня разрабртанная. Иначе, чего доброго, разорвал бы. Пошла забава. Я слышу как ты за стенкой мычишь, залупой давишься, ты слышишь как я стону. Не знаю как ты, но завелась ни на шутку. Кончила от анала, но что толку. Ещё ведь хочется. Тут те двое, что тобой занимались, кончили и предложили моему поменяться местами. Того уговаривать не нужно. Бросил мою попку и к тебе побежал. Дождался своего часа. Ко мне пришли твои двое.