Моя киска текла как сумасшедшая. Хлюпающими звуками сопровождалось каждое проникновение члена внутрь. Мне кажется, до этого случая я еще никогда не была настолько влажной и мокрой, как сейчас. Возможно, моя дырочка понимала, что член слишком уж большой для нее, и поэтому выделяла так много смазки, либо же, я просто была очень сильно возбуждена и поэтому текла столь обильно.
Я прикусила губу, ожидая проникновения в свою девственную киску. Мужчина стал медленно проникать внутрь, борясь с тугостью моего влагалища. В какой-то момент он решил ускорить события и резким рывком проник внутрь меня. В ту же секунду я ощутила жгущую боль внутри. Я попыталась сдержать крик, но боль была довольно ощутимой, в результате чего лес пронзил мой звонкий вопль.
Наконец он не выдержал. Снял обтягивающие джинсы деним. На Ютте были шелковые стринги в тон лифчику белоснежные, с тончайшей вышивкой. Разорвал трусики, выкинув тряпки, оголил гладенькую вагину, возбужденную, мокрую. Помог раздвинуть её длинные изящные ножки коленом, провёл лиловой головкой по мокрым, уже текущим губкам и резко вошёл на всю длину.
С этими словами он начал расстёгивать ширинку. Айгуль выглянула в коридор и посмотрела налево - направо. Никого. Уф! Пронесло! Если бы кто -нибудь хоть краем уха услышал эти слова Романа, Айгуль не избежать бы славы конченной шлюхи. Захлопнула дверь и закрыла её на ключ. Когда она повернулась к незванному гостю, Роман уже приспустил брюки и, игриво поглядывая на Айгуль, массировал член.
Это всегда непросто, когда твоя мама работает в той же школе, где ты учишься. Особенно, когда твоя мама привлекательная женщина тридцати пяти лет, с грудью третьего размера, идеальной фигурой в форме песочных часов, широкими в меру бедрами, подтянутыми ягодицами, да и еще которая любит одеваться в довольно короткие юбки и всегда расстегивает несколько пуговиц своих блузок. И если кто-то думает, что я преувеличиваю, поверьте, отнюдь нет. Это со стороны может казаться, что в этом ничего такого нет, но на самом деле… Хотя, как я помню, так было не всегда. Примерно до седьмого-восьмого классов я вообще никак не реагировал на то,…
Тот без лишних церемоний вошел в нее, заставив Катю тихо ахнуть от полноты ощущений. Он начал двигаться, и его руки инстинктивно потянулись к ее груди, сжимая упругие шарики с пирсингом. Комната наполнилась сначала громкими стонами Кати от толчков большого члена, но затем ее стон внезапно превратился в крик, смешанный с болью и наслаждением. Грудь еще не зажила, и грубые прикосновения причиняли ей острую, режущую боль.
Высунув язычок, она несколько раз стукнула об него моим членом. Подобное я видел только в порнофильмах, а теперь… теперь моя мама делала такое. Хотя, признаться в эту секунду она выглядела как одна из актрис фильмов для взрослых. Она была такой развратной в эту секунду, такой похотливой. С моим членом во рту, она выглядела просто… просто великолепно.
Пьяный Николай, орал в трубку, что если она, такая-то сякая, шлюха, не придёт к нему, то её муж, Иван, узнает, что Настя не его дочь, как и то, что он драл её со своими друзьями как последнюю шлюху. Лена боялась, что будучи пьяным, в таком состоянии, он действительно позвонит Ивану, и наговорит ему всего. Находясь в невменяемом состоянии, в пылу охватившей его ярости, Николай мог потерять чувство собственного самосохранения, и реально, выкинуть этот номер.
Мягкие влажные губы обхватили головку, наливаясь упругостью, всё плотнее сжимали стержень, пока ловкий язычок ласкал тонкую кожу. Она не позволила моему перевозбуждению излиться сразу, ослабляя напор в последний момент и потом вновь заглатывая в самое горло. Поначалу я пытался проявить сдержанность, но Елена умело извлекала из меня стоны, вскрики и вздохи… И обильную порцию спермы.
— Уууух! Как хороша! Оох! — хрипел мужчина, насаживая снегурочку на свой член. — Ооох! Жаль, что ты уже закончила школу. Уух! Вернуть бы назад время… Пару лет. Когда ты училась в одиннадцатом классе и крутила своей попкой по школе. Уууух! Помню твою короткую форму школьную. Когда ты наклонялась, все пялились на твою попку. Иногда даже трусики было видно. Шлюшка!
Покачивая бёдрами, Елена развернулась. Вполне ещё тонкая талия переходила в округлые ягодицы, которые чуть раздвигались пробкой… Только сейчас я заметил следы от фломастера на её заднице. Он бы ещё прицел нарисовал.
Я задумалась о братьях, и моя фантазия сама начала рисовать образы. Я представляла, что сосу не этим трем мужчинам, друзьям моего мужа, а им, своим любимым братьям, которые были первыми в моей жизни, и которых, как мне кажется, я запомню на всю свою жизнь. Я фантазировала о том, что снова оказалась дома, в комнате, в которой у нас так часто был секс.
Развернулся к Юльке, нанося первый удар. Неудачный… Под слишком острым углом и кончик кнута хлестнул по бедру. Та дёрнула ногой, но поднимать её не стала. Вспомнил, как избивал диван, внёс необходимые поправки, и второй удар оказался лучше, и следующий… Юлька выла, рыдала, умоляла не жалеть и бить сильнее.
Когда головка члена вошла в мое горло, я слегка подавилась, но смогла почти сразу же прийти в себя. Горловой минет был для меня, можно сказать, привычным делом, поэтому я не боялась всех тех ощущений, которые я испытывала, когда член входил слишком глубоко в мой рот.
Вчера был просто анальный секс… Необычный, возбуждающий, но без этой эйфории! Много лет назад… Неудобно, неприятно, надо готовить попку… Зачем столько усилий, когда есть уютное, гостеприимное влагалище? Сейчас это не было просто сексом! Жена не просто подставила свою задницу… Между нами… что-то менялось, и каждый толчок члена, каждое ответное движение ягодиц, словно скрепляли эти изменения.