Категория о динамике, где возбуждение рождается из ревности, контроля и наблюдения. Такие сюжеты часто держатся на психологическом напряжении и переосмыслении ролей.
Здесь важны эмоции: стыд, азарт, ревность, желание. Истории бывают как мягкими, так и более жёсткими по накалу — зависит от сюжета и героев.
Популярное в этой категории:
• Дневная прогулка куколда
• Доктор Елена
• Свадьба, или как я стал куколдом.
— Ты бы видел нас, Марк, - хихикала она, ее лицо раскраснелось от алкоголя и возбуждения- Мы трясли задницами, кричали, что мы пьяные, замужние шлюхи, которые хотят, чтобы их трахнули в рот и задницу... Она продемонстрировала это, схватив Марка за руки и положив их себе на ягодицы, поощряя его сжимать их.
В голове проносились обрывки картин: её лицо, смотрящее на меня с интересом в саду, её поцелуй, её рука на паху Серёги за столом, её растянутые губы на его члене, её стоны сейчас, за стеной. Я представлял, как Серёга, этот грубый животное, владеет ею, как входит в неё своим толстым поршнем, как она кричит от удовольствия. Кончил я быстро, судорожно, в унитаз. Тело обмякло, на смену животному возбуждению пришла тошнотворная пустота и стыд. Я ужасный. Я такой же грязный, как они все. Я только что дрочил, слушая, как мой друг трахает девушку, в которую я был влюблен.
Я сильнее надавил и почувствовал как он без сопротивления прошел дальше и уперся во что то. Наверное всё. Нужно подержать пока попривыкнет. Я начал медленно вытаскивать его и медленно вводить. Мне казалось что это может быть больно и воспринимал стоны наслаждения супруги за звуки боли. Как же ей было хорошо. Она излучала сексуальность, ее стоны, ее глубокое дыхание. В жизни у нас такого не было. Как же было хорошо. Я получал удовольствие от того что было хорошо ей. Движения мои уже стали более уверенными и у нее там стало куда свободнее.
Когда мой член полностью скрылся внутри влагалища Аллы Вячеславовны, я чувствовал, как оно сжимается, а сама Алла немного трясётся и прогибается от удовольствия. Неожиданно, я заметил, что Ваня не теряя времени, начала чередовать то мокрую пизденку моей матери, то сладкий ротик своей матери. Пока Алла находилась в экстазе, Ваня не стесняясь ничего, вгонял свой член в глотку матери на всю, пока слюни разлетались во все стороны.
Игорь зажмурился, пытаясь выгнать картинку. Но она была ярче, детальнее, навязчивее. Он видел, как Сергей Иванович сбрасывает свой пиджак, как его наглые, привыкшие командовать руки тянутся к молнии на её комбинезоне. Как Света слабо пытается отстраниться, но её движения вялые, размотанные. Как комбинезон сползает с её плеч, обнажая тонкую шею, ключицы, белое кружевное белье, которое Игорь... Игорь купил ей на прошлый день рождения. Его подарок. Его жена.
Он дёрнулся, и горячие струи спермы ударили мне на язык, на нёбо, в горло. Я сглотнула. Почти всё. Немного стекло по подбородку, капая на грудь. Аня тихо хихикнула и вытерла капли пальцем… а потом лизнула с него сама.
— Ах, отлично! — Заполнив через тупую боль её всю одним нетерпеливым движением, он навалился сверху всей тушей, размазав её по постели. Член был где-то глубоко внутри, вызывая небольшие неудобства, но она уже протиснула руку спереди, нащупывая нужное место. Напряжённые ноги выпрямились в струнку, а стыд от мощного животного анала превратился в сильнейший клиторальный оргазм, даже слегка преждевременный, как оказалось.
Он вошёл в меня резко, без долгих прелюдий. Я вскрикнула, но не от боли — от шока и удовольствия, которое накрыло меня волной. Он двигался грубо, держал меня за волосы. Между моих ног было очень влажно. Член двигался легко и не встречал никакого сопротивления со стороны моего влагалища. От его движений моя киска хлюпала. Мне было стыдно от этих звуков, но лишь в самом начале. Потом я уже ничего не слышала вокруг. Я просто наслаждалась тем, что со мной делал мой партнер.
— Да! Да! Долби! Вот так! Да сынок! Да! Мама громко кричала срывая голос. Её стало трясти и бросать по постели. Она хватала собственные сиськи, облизывая соски языком и сжимая груди в ладонях. Здесь, маму и накрыл первый оргазм. Струя сквирта, вырвалась из её вагины, заливая всё вокруг.
— Да! Да! Еби меня! Да! Кричала женщина, начав извиваться подо мной. Она широко раздвинула бёдра, развела руки в стороны, давая мне полную свободу действий. Стоя на коленях, я опирался на вытянутые руки, начав резко вгонять свой член во влагалище женщины. Она извивалась, громко стонала, а сиськи бросало в разные стороны, в такт моим толчкам.
В ту ночь Лена вела себя иначе: сама залезла сверху, двигалась глубже, быстрее, стонала громче. И я видел, как в её глазах мелькнуло что-то новое — будто она представляла себе кого-то другого. Как будто она представляла, как будто скачет на члене другого мужчины, а не на члене ее мужа.
Он вставляет ей сзади в текущую от желания пизду, от чего мамочка заводится, начиная стонать ещё громче. Хуй любимого мужа во рту не даëт ей делать ебущему её любимому сыну комплименты, и она просто стонет от сладкой истомы, ведь прямо сейчас исполняется её мечта: её трахают сразу двое любимых мужчин! Ах, если бы они только знали, ЧТО они с ней делали в её мечтах! А она с ними...
Наталья стоит красиво выгнув спинку, представляя из себя очень сексапильную тëлочку, мило поигрывая при этом обворожительной задницей, заманивая мужа, как течная сучка. Кирилл до половины сдëргивает её намокшие трусики, пусечка вся течëт от желания. Кирилл резко вставляет Наташе в манду.
Выдохнул Кирилл, долбя маму в рот с закрытыми от удовольствия глазами. Она чуть слезла ротиком с хуя, успев перекрыть этот хлынувший гейзер языком, чтобы не захлебнуться. Это всё, что она успела сделать перед её мощным оргазмом, который подступил, несмотря на её плохое сегодня самочувствие. Сосала уже рефлекторно, продолжая испытывать невыразимый кайф. Она даже царапнула член зубами, немного забывшись от экстаза.
Я начала опускаться на коленки перед юношей, член которого, как оказалось, за все это время даже и не думал упасть. Он стоял как кол, и это не могло не радовать меня и не льстить мне. Он хотел меня. Он был готов трахнуть меня. Его член был готов войти в мою влажную киску прямо сейчас.