Здесь собраны истории, где герои оказываются на грани — между привычной жизнью и сильным искушением. Жанр часто держится на интриге, риске и эмоциях.
От случайных знакомств до долгих скрытых отношений — в центре желание, которое меняет правила и заставляет принимать непростые решения.
Наталья стоит красиво выгнув спинку, представляя из себя очень сексапильную тëлочку, мило поигрывая при этом обворожительной задницей, заманивая мужа, как течная сучка. Кирилл до половины сдëргивает её намокшие трусики, пусечка вся течëт от желания. Кирилл резко вставляет Наташе в манду.
Выдохнул Кирилл, долбя маму в рот с закрытыми от удовольствия глазами. Она чуть слезла ротиком с хуя, успев перекрыть этот хлынувший гейзер языком, чтобы не захлебнуться. Это всё, что она успела сделать перед её мощным оргазмом, который подступил, несмотря на её плохое сегодня самочувствие. Сосала уже рефлекторно, продолжая испытывать невыразимый кайф. Она даже царапнула член зубами, немного забывшись от экстаза.
Когда она повиновалась, он резко вошёл. Катя вскрикнула, но звук потерялся в его ладони, прижатой к её губам. Тело сопротивлялось лишь мгновение, затем приняло его полностью. Его свободная рука сжала её грудь, пальцы играли с чувствительными сосками. Катя выгнулась, чувствуя, как волны удовольствия разливаются по всему телу. Каждый толчок заставлял её внутренности сжиматься сильнее.
Трусики уже сдëрнуты, большой хуй сына(ну конечно же она уже обратила на него своë женское внимание, и оно было впечатлено!) неудержимо входит в её истекающую соком киску, сразу же вызывая, словно рефлекс, её сладкие стоны. Кир трахает мамочку умело и мощно, как настоящий самец. Она, забыв обо всём на свете, поправ все нормы приличия, уже вовсю подмахивает ему, страстно целуя в губы. Ещё пару секунд назад она шептала
Член мужчины начал проходить достаточно далеко, касаясь головкой моего горла. Пару раз я подавилась, почувствовать неприятное щекотание в гортани, но потом, постепенно, я начала привыкать, и давиться перестала. Когда член достигал моего горла своей головкой, то губками я почти полностью заглатывала его в себя. До лобка и яичек мне не хватало всего лишь два-три сантиметра.
Сергей замер на мгновение, ощущая, как её тело принимает его. Попка Кати, вопреки его ожиданиям, оказалась удивительно податливой - будто она специально готовилась к этому моменту. Его пальцы впились в её бёдра, оставляя лёгкие красные следы на фарфоровой коже. Катя закусила нижнюю губу, когда он начал двигаться. Её рука сама потянулась между ног, где уже собралась липкая влага, стекающая по внутренней поверхности бедер.
Вдруг он схватил меня за бедра, вогнал член в меня на всю длину, плотно прижал к себе и замер. Я почувствовала сильные пульсации члена и мощные выстрелы спермы в прямой кишке, это послужило триггером моего очень яркого оргазма, для его усиления я стала терпеть клитор в бешеном темпе. Два пика оргазмов, анального и клиторального сошлись почти в одной точке, превратив потоки сладострастия в мощный тайфун сладострастия, с яркими молниями в глазах и ударами мощных волн сладострастия, которые сотрясали все мое тело.
Они встали полукругом, и я взяла первый член в рот. В начале всё свое внимание отдавала одному члену – сосала его губами и дрочила обеими руками. Но через некоторое время мои руки потянули с двух сторон и положили на два других хуя, и стала дрочить их, продолжая сосать первому. Вскоре он вынул хуй из моего рта и передал мою голову другому: "Попробуй, классная соска!". Я заглотила следующий хуй, его залупа была толще, а мужчины между собой обсуждали: "Знает своё дело, сучка!", "Её дойки просто огонь!".
Чем больше я возбуждалась, тем более глубоким становился мой минет, тем более страстно я сосала член своего брата, облизывая его со всех сторон. От моих слюнок он был очень скользким, и я была готова принять его в свое горло. Я оттягивала этот момент, желая делать все постепенно, но сейчас, чувствуя, как у меня между ножек все стало мокрым, я уже не могла долго сдерживать себя.
Положив обе свои руки мне на ягодицы, Ваня принялся ритмично трахать меня. Амплитуда на старте была не сильно большой, по всей видимости, Ваня давал мне время для того, чтобы привыкнуть к его органу. Спустя немного времени, его движения стали более размашистыми, а потом… потом он и вовсе перестал меня жалеть и начал иметь меня на всю длину своего члена, вливаясь в мою дырочку до самого ее конца.
Я начала опускаться на коленки перед юношей, член которого, как оказалось, за все это время даже и не думал упасть. Он стоял как кол, и это не могло не радовать меня и не льстить мне. Он хотел меня. Он был готов трахнуть меня. Его член был готов войти в мою влажную киску прямо сейчас.
Я до сих пор не знаю, кто начал кончать первым: я, мой ученик, или его отец. Мне кажется, мы начали кончать одновременно, вместе, разделяя это наслаждение на нас троих. Но одно я могу сказать точно: сперма у меня во рту и в моей киске усилила мое наслаждение до максимального уровня, из-за чего мой оргазм был просто невероятным. Мужчины заполняли меня одновременно спереди и сзади. Я чувствовала себя словно машина, которую заполняют сразу из двух пистолетов. Я глотала сперму, которая поступала мне в рот, одновременно с этим чувствуя тепло от той спермы, которая заполняла мою киску.
Алла стояла в позе раком, ее черная юбка, которая задралась почти так, что вот вот будет видна ее пизда, обтягивала ее ягодицы настолько сильно, что казалось еще немного и она порвется, а грудь подчеркивала черная водолазка, которая обтягивала ее сиськи. Между тем, член сына увеличивался в размерах, пока Ваня крепко спал в своей кровати. Минуты через 2, уже весь слюнявый, из-за рта матери, член, стоял и был в боевой готовности, в стоячем состоянии он выглядел просто гигантским. Не знаю, спал в этот момент Ваня или же уже проснулся и просто наслаждался моментом не показывая вида маме, но даже когда Алла Вячеславовна насаживалась горлышком, так, что было видно, как оно надувалось, а сама Алла Вячеславовна упиралась подбородком в яйца, он все равно не открывал глаза.
— Да не, нормально, — ответил Ваня, и его голос был ниже, с лёгкой хрипотцой, как будто он говорил тише, чтобы никто не услышал. — Слушай, Паш… твоя мама… она вообще огонь. Я б хотел такую, как она. Ну, знаешь… дико возбуждает, прям пиздец. Я замерла, ощущая, как кровь бросилась в лицо, как тепло заливает щёки, шею, грудь, вниз, туда, где всё сжалось от этих слов, от этого его голоса, который говорил обо мне, как о добыче. Мои руки задрожали, я сжала край полотенца, которое всё ещё держала, и почувствовала, как сердце колотится, как этот жар, который я пыталась заглушить, вспыхивает снова, ярче, сильнее.
Из сказанного я поняла, что мою дочку друзья Вани вертели на члене также, как вертят сейчас меня. А ведь мне всегда казалось, что в отношениях у них все хорошо, что они любят друг друга… Может быть сейчас время такое, когда сексуальная жизнь у любящих людей переходит все границы свободы. Впрочем, я была на все сто процентов уверена, что это Ваня был инициатором того, что Лера начала давать его друзьям. Это Ваня сделал Леру такой, сделал ее шлюхой для своих друзей.